возвышалась 2-х литровая бутыль «Очаково» и лежала копчёная рыба. Дядя Миша нарыл стаканчики, налил нам пива; я слегка пригубила, и поняла: всё-таки «Очаково» — это не моё.
— Дядя Миша, у вас есть что-нибудь покрепче?
— Слушайте, девчонки, где-то было.
Он пошёл искать — и нашёл! полбутылки водки. Разлил по стаканам: понемногу; мы чокнулись — выпили за встречу. Закурили. Было приятно сидеть в расслабляющей обстановке после ночной прогулки. У дяди Миши даже и радио имелось. Ольга покрутила настройку и нашла вполне приличную волну. Мы выпили ещё по одной.
Началась болтовня, разговоры, шум. Мы с Ольгой наперебой вспоминали разные пикантные истории из нашей бурной жизни. Нас потянуло танцевать — две модели в откровенно — сексуальных клубных нарядах танцевали прямо в гараже. Паки выпили.
Мы уже порядком охмелели, егда дядь Миша рече:
— Ольга, якая юбочка у тебя!!!
— Якая?
— Ну,... такая. Шибко уж короткая. Всё под ней видно.
— Ну и что такого? Мне скрывать нечего.
Ни сколь не стесняясь, она встала, повернулась попой к дяде Мише и... задрала свою юбчонку. На ней — белые стринги. У неё бываху вельми сексуальная попка с маняще выпуклыми ягодичками. Оля повиляла лядвиями.
— Ну, яко, дядя Миша, нравится моя попка?
— О-О — Зело!!!
— Это ещё что, дядя Миша, ты у Натахи не видел попку. Наташа, покажи ему.
Я оторопела от такого предложения.
— Ты что, с ума сошла!
— Да ладно, ты, чего ломаться. Давай, вставай, повернись к нам попой.
И Ольга воздела мя, и повернула спиной к дяде Мише. Мною двигала выжидательная покорность. Томление. Алкогольный дурман.
Я стояла и смотрела через плечо. Дядя Миша поднялся, подошёл ко мне, взялся за краешек моего красного короткого платья и стал его задирать. Медленно, смакуя, он обнажил мою попу, и мои красного цвета стринги. Я чувствовала, как вскипаю от возбуждения.
— Красивая попа? — Воспрошала коварная моя подруга.
— Потрясающая!!! — Прокомментировал он, и, чувствуя себя хозяином положения, дядя Миша (я, просто такого, не ожидала) протянул руки — и — двумя ладонями — сжал мои выпуклые обнажённые ягодицы. Приятная истома растеклась по моему телу. Дядя Миша, без всякого зазрения стал гладить и сжимать мою задницу.
Не знаю. Наверно, потому что я была подвыпившая, да ещё так сексуально одета — именно поэтому мне зело понравились поглаживания д. Мишы.
Но — как бы мне это не было приятно — во всём надо ведать меру: и я отстранилась от д. Миши, натягивая платье на место.
По радио заиграл медляк, и Ольга потащила д. Мишу танцевать.
Я присела на стул. Водка туманила сознание, кровь гудела по венам. Я смотрела на танцующих. Они крепко друг к другу прижимались и о чём-то шутили, а потом — стали целоваться! Обняв д. Мишу за выю Ольга искусно целовалась с ним. А мужчина, не теряя времени, запустил руки под её короткую юбочку и сжал её задницу...
Я вышла на улицу — покурить на свежем воздухе. Я чувствовала сильное возбуждение, а в мозгу настойчиво шевелились воспоминания событий 7-летней давности:
[Мне 14 лет, за гаражами в кусты я зашла пописать (это было буквально через неелико дней после того, яко дядя Миша заглядывал ко мне под юбку). Я была в джинсах. Расстегиваю, стягиваю их вкупе с трусиками. (Ещё помню, что джинсы очень узкие и с бёдер слазят еле-еле) Присаживаюсь, справляю свою нужду. И только я отжурчала — как слышу шум — кто-то пробирается в кусты. Я понимаю, что натянуть узкие джинсы уже не успею, поэтому я остаюсь сидеть со спущенными джинсами, с голым гузном. Затаившись, сижу, и возглядаю, что в кусты заходит дядя Миша, и идёт прямо на меня...
Я, конечно, трухнула, что сейчас он мя увидит...
Он останавливается в метре от меня, и, так меня и, не увидев (заросли достаточно густые), начинает расстегивать
