обвела по нему несколько раз язычком, это чем-то напоминало карусель, на которой можно кататься бесконечно. Мне надоели эти нежности и я, захватив ее затылок, стал насаживать ее голову на свой член, с каждой секундной ускоряя свой темп и свое дыхание, естественно. Я практически не давал ей вдохнуть воздух, ничего, пускай работает, моя милая шлюшка Эз. Оно заглатывала все глубже, а я кажется стал ощущать прилив оргазма, я чувствовал, как изнутри поднимается волна, у которой в планах устроить шторм, но я не хотел торопить события.
— достаточно пока что, ах, какие у тебя милые заплаканные глаза, но это еще ничего, все еще впереди... и да, называй меня «господин», уяснила?
— да, господин..
— чья ты шлюха?
— я твоя шлюха, твоя... — и тут она разнеслась в своих бабских рыданиях, от чего мне захотелось трахнуть ее еще больше.
Я поставил ее раком, чтобы она смогла упереться руками о мойку, и чтобы ее спинка прогнулась как у дерзкой кошечки. У меня не было ни сил, ни желания снимать ее обтягивающие штаны, так что мне ничего не стояло одним движением попросту их порвать. Мне было все равно, как она будет идти в таком виде домой. Мне было откровенно плевать! Ее полушария теперь по истине могут оказаться одной большой планетой, и так приятно разделять эту планету на две части, ну вот она долгожданная киска, уже наполнена смазкой и готова к употреблению. Такая разовая, ой, то есть розовая... я просунул в нее сначала один пальчик, она немного вздрогнула, а после уже целых три, и начал их прокручивать, вот и пошли ее легкие стоны:
— да, господин, ну чего же вы медлите...
— что, шалава, ноешь. Ты не достойна, чтобы в твоей пизде находился мой член! Хотя, если ты сииильно меня попросишь, то, может быть я сжалюсь...
— да, мой господин, я тупая блядь, я конченная шлюха, я прошу вас, вставьте в меня свой член и оттрахайте как следует!
— так и быть..
И я с разгону вставил ей свой ствол, а зачем церемонится с такими вот экземплярами. Хотя в глубине мыслей я конечно надеялся на то, что она окажется девственницей, при таком раскладе я конечно же был бы с ней ласков и нежен, и происходило бы это в более приятном месте, я бы хотел, чтобы она была только лишь моей, а узнав, что она — это просто достояние общественности, мне стало противно и просто захотелось воспользоваться ею, как дыркой, не более того.
В ее достаточно узком проходе мой член ощущал себя зажатым человеком, который бежит по туннелю в поисках выхода, в моем же случае — входа. Я входил в нее с каждым разом все сильнее и жестче, ее крики стали наверное доносится на весь поселок, она стонала как стонут кошки, когда у них течка. Да и моя Эз уже достаточно потекла, по ее бедрам уже лился водопад и кажется скоро предвещается шторм и несколько извержений вулкана.
— даа, детка, вот так, прогни еще свою шаловливую спинку..
— ааа, почему ты не сделал этого раньше... я никогда так не текла, как с тобой, никогда так не... аааа... не хотела течь...
— вот похотливая дрянь!..
Я, стало быть, хотел сказать ей что-то, но кончил и все мои мысли вышли вместе со спермой просто ей во влагалище. Из которого стало вытекать мое семя, смешиваясь с ее личным водопадом, который все так же спускался по бедрам...
Я мог трахать ее весь вечер, но она слишком уж меня хотела, и это доставило бы ей удовольствия, а я не мог допустить этого. По этому решил закончить наше пари немного иначе. Я присел возле холодной стены и мне показалось, что это тело, которое валяется у меня в ногах, обконченное и залитое слезами, еще не достаточно потрудилось. Я сам снял ботинки, а вот носки уже приказал снять ей:
— работай своими зубами, они тебе даны, чтобы стягивать с меня носки, ну, что стоишь, сука?
— но... зачем?
— тебе никто не разрешал высказываться, снимай я сказал!
Она покорно подползла ко
