последней, иначе он закрыл бы дверь перед ее носом, как сделала она в прошлый раз, и овладел бы ею тут же на месте. Она сдала свой листок и рядом положила свою шариковую ручку. Та все еще блестела от Катиной смазки. Глеб уставился на эту ручку и не заметил как остался один в кабинете. Его тело горело от желания.
«Вот чертовка» — подумал он — «и снова сдала мне чистый тетрадный лист», — ухмыльнулся он сам себе. Потом быстро нашел ее листок и тот оказался не таким уж и пустым. Там, в окружении сердечек и звездочек была надпись «катя+глеб». Его штаны готовы были лопнуть от эрекции. Он уже подошел к двери и хотел закрыться в кабинете чтобы скорее снять напряжение, на спокойствие не было никакой надежды. И тут на пороге, с лукавой улыбкой появилась Катя. Прекрасная и возбужденная, в своем желтом платье на голое тело. Она сама закрыла за собой дверь, а Глеб вставил и повернул ключ. Не говоря ни слова, она бросилась к нему на шею. Он прижал ее спиной к стене, задрал платье и резко вошел. Его горячий член заполнил ее изнутри и от блаженства она сжала его своим нежным влагалищем. Он губами нашел ее губы и впился в них жадным поцелуем. Катя сладостно застонала и позволила его языку проникнуть в ее рот. В этот момент он понял, что его не волнует больше ничего: ни их разница в возрасте, ни социальные статусы, ни даже то, что она в конце концов разобьет его замученное профессорское сердце. Он безумно хотел ее. Здесь и сейчас. И больше ничего не имело значения.
