Прочитав эту историю, кое-кто скажет: «Еще одна извращенная фантазия».
Что ж... О картинах Сальвадора Дали или Ван-Гога, прозе Набокова или
некоторых стихах Иосифа Бродского, фильмах Тинто Брасса можно сказать
с натяжкой или без нее то же самое.
Сами примеряйте к своим понятиям вымысел или не вымысел мое решение
сменить пол. Скопив нужную сумму, я отправился в клинику, где делают
такие операции. Называю ее адрес: Петербург, Гороховая, 4.
Можете даже проверить в книге пациентов мою фамилию. Тогда меня звали
Александр Малахов... Так что, все реально. Опущу некоторые
подробности, не имеющие прямого отношения к тем удивительным эпизодам,
которые произошли со мной вскоре после гормонального лечения и первой
операции, что на это решение меня толкнуло очень сильное желание
узнать изнутри волнующий мир женщин.
Эмоции оказались, как я понял потом сильнее рассудка и умения заглянуть в себя и будущее: уже впроцессе лечения и, главное, после первой операции я осознал, что не х о ч у полностью утратить свой мужской потенциал. Но дороги назад уже не было. В клинике за мной наблюдали врач и медсестра — две симпатичные женщины. Врач Нина Анатольевна — постарше и покрупнее. Сестра Наташа — помоложе, но старше меня на лет пять. Осмотрев меня после «вживления»
грудей, Нина Анатольевна сказала, что мои внешние данные: небольшой
рост, женственная фигура, маленький пенис позволяют без существенных
коррекций превратить меня в полноценную женщину. Нина Анатольевна
назначила день, когда я могу придти за направлением на вторую.
окончательную операцию.
С Наташей у меня сложились дружеские отношения. Она приносила
лекарства, смазывала ранки, объясняла, как нужно ухаживать за сосками.
Дотрагиваясь до них, однажды пошутила: . Почувствовав мое волнение, она добавила как бы невзначай:
И она засмеялась,
заглядывая мне в глаза и наслаждаясь произведенным эффектом.
Вместе с Наташей в женскую баню... Сердце мое колотилось. Она видела,
что я покраснел. Перед последним визитом в клинику я полностью изменил
свою внешность: оделся, постригся и накрасился так, чтобы малейшего
подозрения не осталось, что я девушка. По дороге в клинику я
чувствовал неописуемое волнение оттого, что меня воспринимали, как
девушку.
Нина Анатольевна вначале даже не узнала меня: Потом развела руками: Осмотрев
меня, она дотронулась до и, видя, как она встрепенулся от
ее прикосновения, сказала: .
Получив направление, я направился в сестринскую Наташа смотрела на
меня с восхищением: — — — Я покраснел и с трудом выдавил: — . Я молчал, опустив глаза. Затем повернулся и пошел к двери>>.
—
