стоял Антон. А на экране компьютера ещё разыгрывалась оргия с его участием. Славка поспешно всё выключил.
Младший брат застыл у дверей, не в силах сдвинуться с места. На глаза в один момент навернулись слёзы, он сморгнул их, и они побежали по щекам.
— Только Витьке не говори, — умоляюще прошептал он Славке.
— Ну, ты и... — парень не мог даже подобрать слов, — ... блядь вокзальная! — наконец, выдавил из себя он.
Тошка покраснел, как рак, влез с ногами на тахту и забился в угол, размазывая мокрые дорожки слёз на щеках. И Славке вдруг даже стало его жаль. Он подошёл и сел на край, сбив покрывало.
— Тох, я не собираюсь тебе по мозгам ездить, как какой-то душный воспитатель, — сказал он, глядя на пунцового от стыда брата. — Я просто понять хочу. Тебе действительно всё это в кайф?
— Не знаю... — смущённо промямлил Антон.
— То есть, как не знаешь? Ты же сам всё это делаешь! Ты находишь этих кентов толстозадых, тебя никто не заставляет!
— Ну... не совсем.
— Что значит «не совсем»?
— Это не я их нахожу, это знакомые Сергея Борисовича.
— Баринова?
— Ну, да. Это ведь он всё снимал.
«Так вот кто, оказывается, был оператором!», — подумал Славка.
— Значит, он тебя заставил?
— Понимаешь, — Антошка низко опустил голову, — он сказал, что если я не соглашусь, то брата сразу уволят. А ты знаешь, как трудно биологу работу найти! И на что мы тогда будем жить? У нас уже был такой период, когда мы практически голодали! Ну, вот я и... согласился.
— Тоха! Ты чё, ваще удот? Он же тебя друзьям сдаёт, как пидорскую шлюху! Как ты мог на это согласиться!
Тошка ещё ниже опустил голову и заплакал. У Славки сжалось сердце. Он обнял брата за плечи:
— Ну, ладно, не реви. Хорэ сопли распускать, слышь! Что было, то было. Тох, тебе в ментовку идти надо!
— Зачем? — вскинулся Антон.
— Сдать его надо, эту сволочь хуеву! Чтоб ни ему, ни другим не повадно было!
— Нет, в милицию я не пойду! Нет, нет, ни за что! — Тошка так эмоционально отбивался от этого предложения, что Славка понял — настаивать бесполезно.
— Ладно, — успокоил он брата, — не хочешь сдавать этого козла — не надо. Но больше ты к нему не пойдёшь! Если Витьку уволят, жаль, конечно. Но как-нибудь прорвёмся. Я тогда школу к чертям брошу, работать пойду — не пропадём. А Витёк обо всём этом не догадывается?
— Нет-нет, — поспешно сказал Антон, — об этом он ничего не знает. Он думает, что я только с Бариновым трахаюсь.
— Если бы узнал, он бы сам из его поганой фирмы ушёл, бля! Так что больше ты к этому старому пидору ни ногой! Понял?
— Да, конечно, — всхлипнув, согласился Тошка, — если ты так считаешь...
— Я не въеду, а ты считаешь по-другому?
— Я просто не хочу, чтобы брата уволили...
— Тока не надо мне парить, что он вообще работу найти не может! Пусть в школу идёт учителем биологии.
... — Это с витькиным-то характером — в учителя? — усмехнулся Антон. — Чтоб из него любой ученик верёвки вил, как хотел? Ну, уж нет! И вообще, ему научной работой надо заниматься! Ты знаешь, какой он талантливый! Его статьи даже за границей печатают!
— А если Витька узнает обо всём этом? Каково ему будет? Неужели ты думаешь, он такой мудила, что согласен торговать собственным младшим братом?! Тоха! Ты чё, с дуба рухнул?!
— Ты ведь ему не расскажешь? — испуганно заблеял Тошка.
— Да не скажу я! Ладно, кончаем этот базар. Дай слово, что больше ты туда не пойдёшь!
И только получив от Антона твёрдое обещание порвать все отношения с Бариновым, Славка немного успокоился.
***
Прошла неделя с того памятного разговора. Антон сдержал слово и больше у Баринова не бывал. Как ни странно, Виктора никто не уволил. И Славке уже стало
