сомелье какой-то отдельной, чисто женской любовью. У нее их было пока двое. Один настоящий,... француз — когда они занимались сексом в погребе одного известного магазина вин в Париже, владельцем которого являлся его друг, к которому они заглянули чтобы выбрать «сувенир на память домой», он дегустировал каждый сантиметр ее кожи маленькими «глотками», стараясь не пропустить ни единой ноты вкуса, чем, в конечном итоге, довел ее до такой сладкой истомы, что она не могла встать на ноги почти пол часа. Второй был грек — он так чувственно слизывал дорогое вино с ее пупка, так мягко облизывал ее груди и с таким трепетом исследовал ее тело изнутри, что не смог не остаться в ее воспоминаниях выдающимся и определенно выбивающимся из ряда всех ее случайных связей любовником.
Видимо именно поэтому она не смогла отказать ему — безупречно одетому сомелье из того ресторана, столь многозначительного, незаметно от всех, положившего ей свою визитку под салфетку. Она бросила ему короткую смс с кокетливым «каким вином будете угощать?» тем же вечером, просто чтобы вернуть инициативу в его руки. С тем же успехом, должно быть, она могла отправить и просто точку или же любой другой знак телефон зазвонил тут же, еще раньше чем на нем появился отчет о доставке, будто он ждал когда же она проявится, не спуская глаз с экранчика.
Он, несомненно, удивил ее, оказавшись еще и главным управляющим, а так же соучредителем столь приглянувшегося ей места. Видимо он был из той категории руководителей, которые предпочитают по европейской методике быть «ближе к клиенту», не просиживая штаны в больших кожаных креслах, делая вид что заняты анализом статистических данных по их бизнесу. Таких людей она любила вдвойне. Они договорились пообедать теа-тет на выходных в то прекрасное дневное время, когда солнце заполняет светом весь зал, заставляя декоративные хрусталики переливаться всеми цветами радуги в своих лучах, а сам ресторан еще закрыт, ожидая посетителей лишь ближе к вечеру — отчего-то по непонятной ей причине, он начинал свою работу не раньше семи часов. Впрочем, немного поразмыслив над этим, она пришла к выводу, что это действительно было более чем разумное решение — мало кто начинает романтические ужины в более раннее время, а для деловых случайных обедов средняя сумма чека была слишком высока.
Он встретил ее в прекрасном серебристом дневном костюме «с иголочки», при взгляде на который, ей сразу же пришло в голову, что вероятней всего он шьет одежду на заказ или же подгоняет ее обязательно по фигуре в ателье. На безупречно сервированном столе ее ждал столь понравившийся ей в прошлый раз фирменный греческий салат, свеже выпеченная французская булочка и конечно же бокал белого вина — он сказал что выбирал сорт, основываясь на цвете ее глаз и конечно же том прекрасном запахе, которым благоухали ее плечи, чей аромат он смог так остро оценить, наклоняясь к ней в тот первый вечер их встречи, чтобы наполнить бокал.
Впервые он прикоснулся к ней, когда она стояла у огромного окна, любуясь видом солнечного суетливого города, так хорошо видного с седьмого этажа ресторана, допивая свой бокал действительно безупречно вкусного даже для нее, любительницы или сладковатых коктейлей или более «крепких» спиртных напитков, вина. В традициях лучших романтических фильмов, он положил руки ей на плечи и, придвинувшись почти вплотную к ее спине, поцеловал в затылок. Это был столь невинный и при этом столько наполненный сексуальным подтекстом жест, что она не могла не откинуть свои длинные волосы на одну сторону, обнажая его дыханию свою тонкую шею, на которой, буквально в сантиметре ниже маленькой родинки, было трудно не заметить биение чуть участившегося в предвкушении пульса. Он коснулся этой точки губами аккуратно, чуть касаясь... , положил ей свою ладонь на шею с другой стороны, щекоча ее кожу ее же волосами, и
