медленно вздымалась и опускалась на его члене. Молчун руками мял и тискал её грудь, то и дело припадая к ней губами, оставляя на молочно белой коже большие засосы. Под конец, сжав ягодицы мамы, он стал быстро двигать тазом, заставляя маму подпрыгивать на нём.
— О, сучччка... — пророкотал Молчун, — ты просто прелесть... Ты была бы хорошей наложницей..
Мама молча продолжала прыгать на его члене.
Молчун тоже долго не продержался и скоро, как и остальные, кончил в маму, бурно выражая свои эмоции и восторг.
Потом все трое уселись пить вино и отдыхать. Они весело обсуждали маму и то, как они её отлично отымели. Стражи просто лоснились от удовольствия. Особенно Алим. Этот аж светился..
Они разрешили маме дойти до озерца искупаться и подмыться. Мама подчинилась. И не глядя на меня, побрела к воде.
Но скоро им показалось, что мама слишком долго там возится. Алим снова за волосы притащил её к покрывалам.
Поставив маму на колени, чернокожие гиганты окружили её, маме в лицо смотрели их возбуждённые члены.
— Соси, белая сучка, — прошипел Алим.
Я наблюдал, как маму заставляют сосать. Она не сопротивлялась и послушно, по очереди сосала их члены. Алим неиствовал. Он обзывал её всяческими похабными ругательствами и отпускал в ее адрес непристойности, о которых мама, должно быть до сих пор и не слыхивала, шлепал ее ладонями по щекам, по попке и по сиськам, хватаясь пальцами за соски, выкручивал их или до боли оттягивал. Маме приходилось нелегко. Нубийцы были уже в изрядном подпитии и трахали её в рот, словно куклу, стараясь загонять свои члены как можно глубже, мама давилась, чуть ли не задыхалась, а они только усмехались на это и отвешивали ей за это звонкие пощечины, словно наказывая проститутку за плохую работу.
— Что, шлюха, как тебе на вкус чёрные члены?! — Алим снова схватил её голову своими огромными лапами и принялся яростно вгонять член в рот матери. Мама закашлялась, не выдержав такого темпа, из её глаз снова брызнули слёзы.
Но отдышаться ей не дали. Шерхад легко, словно пушинку, оторвал
маму от земли. Он приказал ей развести ноги в стороны и со всего маху насадил её на свой член. Мама жалобно вскрикнула, а Шерхад держа её за таллию стал с огромной скоростью насаживать её на свой член. Молчун и Алин восторженно засвистели. От нетерпения они принялись подрачивать свои члены.
Увлёкшись, Шерхад оступился и повалился на спину, но маму не отпустил, крепко прижимая её к себе. Какое-то время они лежали неподвижно, потом Шерхад сжав мамину попку, принялся снова её трахать..
Я увидел, как лицо Алима исказила злобная похотливая гримаса и он стал пристраиваться к маме сзади.
— Нет! — испуганно вскрикнула мама, — не надо так! Пожалуйста!!
Она рванулась в сторону. Но Шерхад своими сильными ручищами просто прижал её к себе, лишив всякой возможности сопротивляться. Мама беспомощная, только хныкала и стенала. Брыкаться она не пыталась, нубийцы своими пощёчинами уже научили её послушанию. Шерхад что-то тихо зашептал с улыбкой ей на ухо, как будто утешая.
Алим несколько раз смачно плюнул на головку своего члена, размазывая ладонью слюну по всему члену.
Он склонился над мамой, несколько раз весомо шлёпнул её попке. Мама задрожала и Шерхад крепче прижал её к себе. Алим сжал её ягодицы, раздвинул их в стороны и медленно-медленно стал входить в попку мамы.
Она взвизгнула, запричитала, заелозила попкой, пытаясь уклониться от члена Алима. Но стиснутая между огромными нубийцами, в их могучих руках она была совершенно беспомощна. Они были вольны с ней делать всё что угодно.
Алим сделал очередной толчок. Мама снова заскулила.
— Молчун, брат! Да, закрой ты ей рот... , — весело усмехнулся Шерхад, — я её утешаю, а ... она не понимает! Помоги ей ты тогда, что ли?
Дважды Молчуна просить не пришлось. Он сразу понял что от него
