произошла с сексуальной жизнью. Хоть и маленькой и неприглядной была ее комнатка, но тем не менее, это был ее частный уголок, где она могла встречаться с мужчинами с достаточным комфортом. За истекшее время ей так и не удалось еще раз выйти замуж: приличных кавалеров встречалось мало и все они были уже женатые, а «абы-шо» ей и самой было не нужно, имела уже опыт. Последние годы к ней регулярно наведывался зав складом из их типографии Владимир мужчина крупный с начинающейся лысиной над широко сидящими глазами. Он имел жену и двое девочек и вырывавшись к ней шутил, что сбежал из бабьего царства. Татьяна была всегда ... выше того, что бы требовать от Володи бросить семью, но вот попользоваться чужим мужем — что уж здесь грешно? Да и заниматься привычной мастурбацией, снимавшей регулярно накатывавшее, естественное сексуальное напряжение молодой женщины, становилось затруднительно. Теперь для этого она переместилась из кровати в ванную, где забавлялась с душем и бутылками моющих средств с обтекаемыми головками.
С этого момента Татьяна старалась пораньше возвращаться с работы, что бы побольше времени уделять сыну. Однако месяца через два, в начале сентября, когда на смену летней жаре приходят теплые осеннее вечера у них в цеху отмечали день рождения одной из сотрудниц и после работы они все вместе отправились в ближайшее открытое кафе для проведения торжеств.
Выпив пару бокалов шампанского, прибавив к ним несколько вина, Татьяна пустилась в пляс, а партнером, как всегда оказался зам начальника цеха — Виктор. Переполненная гормонами кровь молодой самки вскипала в сосудах, порождая в сознании невероятные фантазии достижения чувственного удовольствия. Она крепко прижималась к мощному торсу своего ухажера, ощущая бедром его вздыбившийся член.
— Пойдем, что ли перекурим, — после одного из танцев предложил Володя. Они вышли из кафе, завернули за угол и очутились под разлогим могучим дубом.
— Может, пойдем к тебе, — раскурив сигарету, предложил Володя. — Дома я предупредил, что могу уехать в командировку за бумагой.
— Это невозможно, — сожалеющим тоном произнесла Таня, — у меня теперь живет сын.
— Какой сын?
— Да мой сын, ему уже пятнадцать с хвостиком. Раньше он жил в селе с моими родителями, но когда мама умерла, мне пришлось забрать его к себе.
— И как ты собираешься жить в своей конуре вместе с взрослым пацаном?
— Посмотрим. Как нибудь да проживем.
— И где же нам теперь встречаться? По кустам прятаться, что — ли? Вот блин так новость! — Виктор с досадой плюнул на окурок и выбросил щелчком пальцев сигарету далеко к обступившим их деревьям.
— Не ной, что-нибудь придумаем!
Они еще немного постояли, затем Витя провел ее к остановке и посадил ее на проходившую маршрутку. С чувством глубокого разочарования и неудовлетворенности, она входила в свою комнату. С улицы ей показалось, что свет в окне еще горит, но когда открыла дверь, то в комнате уже было темно. Татьяна тихонько, на цыпочках подошла к постели сына. Тот лежал отвернувшись лицом к стене и казалось крепко спал. Подгоняемая материнским чувством она решила поправить подушку, но только засунула руку под нее, обнаружила там какой-то журнал. Она извлекла его и раскрыла по середине. В тусклом свете уличного фонаря на журнальном развороте, демонстрируя все прелести женской плоти, красовалась длинноногая блондинка в розовых очках. Татьяну как кипятком обдало; она быстро нашарила выключатель настольной лампы, и как только зажегся свет, набросилась на сына:
— Что — это такое мне скажи? Откуда у тебя эта гадость? Так ты не уроки учишь, а девок голых рассматриваешь — орала мать. Сын уставился на нее виноватым взглядом, не говоря ни слова. Татьяна занесла руку, чтобы заехать сыну журналом по лицу, как
