Элайдже и Лексу:
— Я притащился сюда за вами. Полагаю у вас возникло много вопросов. Мы их разумеется, обсудим, но уже на борту.
— Мы никуда не полетим с убийцей Эла! — вспылил Алекс.
— Я не говорил, что убил его, а сказал, что решил его проблему. Поверьте эти слова далеко не синонимы.
Лекс хотел что-то ответить, но Элайя успокаивающе положил ему руку на плечо и сказал:
— Думаю, ты можешь ему верить. По крайней мере тот Пума, которого знал я на подлость не был способен.
Охотник стоял обнажив меч, пока они не перебрались на крейсер.
— Предатель. — проскрипел сквозь зубы Гирнол. — Да ты знаешь, что я с тобой сделаю!
— Знаю, — кивнул Пума с подоконника. — Ничего.
Быстро сев за штурвал, он поднял корабль, стараясь как можно быстрее уйти из зоны видимости.
— Что с моим сыном?! — резко спросила Вороница.
— Всё в порядке, он в безопасности. Тем более от самого себя.
Не выдержав Алекс улыбнулся, понимая на что намекнул Пума.
— Мне казалось, что у тебя должны быть чёрные волосы, — Обратился Охотник к Сирене, глядя на её рыжую шевелюру.
— Это ещё что, — ответил за неё Алекс. — В прошлом месяце она по красилась в синий.
— Куда мы летим? — Элайджа сел на место второго пилота, изучая маршрут.
— К центру планеты.
— Там ядерный завод. Не хочешь, же ты сказать, что это муляж.
— Именно так.
— Но он же принадлежит графу, племяннику Гирнола!
— Его племянник выбрал немножко иную дорожку. Не ту что его родственник. — не вдаваясь в подробности откликнулся Пума.
Вопросов действительно было море. Быстрее всех Памиру поверил Элайджа. Сирена в обще не показывала каких либо эмоций, кроме радости от встречи с семьёй. А вот Вороница не прекращала смотреть на Охотника подозрительно.
Впрочем после приземления у неё нашлось более важное занятие. Эл обиделся. Он считал не справедливым, что они выжили и не нашли способ сообщить об этом. Сколько лет Эл считал их мёртвыми! И тут нате вам, свалились как снег на голову.
Семейные разборки обещали быть зрелищными, тем более, что у Элайджи к сыну было не меньше претензий по поводу его поведения. Но Охотник предпочёл не мешать им выяснять отношения. Он переодевшись, примирительно зашёл в комнату Агресс. Та спокойно читала книгу, но стоило Памиру заговорить с ней, как она набросилась на него, высказывая всё что накипело:
— И чего ты в обще вернулся! Я от тебя даже извинений не услышала! Пока не извинишься, можешь забыть дорогу в эту комнату
— И я ещё должен извиняться, за то, что ты постоянно даёшь повод себя ревновать? Женщина, не слишком ли ты обнаглела?!
— Это вы, мужики, постоянно наглеете, стоит с вами хотя бы раз переспать!
— Если тебе так опротивели наши отношения, то могла бы об этом просто сказать, а не устраивать сцен.
Памир со злостью хлопнул дверью и вышел. Он не знал: заплачет ли Агресс или обрадуется случившемуся, но это случилось. Он только что порвал с ней. И хотя ему самому было больно, уязвлённая гордость не дала ему возможность исправить положение. Она просто несла его прочь, подальше ото всех.
Только на следующее утро проснувшись на крыше, Памир сумел собраться. Не время переживать из-за любовных драм. Нужно действовать, опережая Гирнола.
Он нашёл Элайджу, Эла и Алекса в столовой. Похоже воссоединение семьи прошло без вреда для здоровья: по крайней мере Эл сидит ровно, не морщится.
Подойдя к ним Лог кивнул. Алекс не понимающе уставился на него. До Памира только дошло, что они его не знают. Только Эл ответил на его приветствие, но не зная намерений Памира не спешил представлять его.
Памир сел рядом, тихо сказав: — Надеюсь наше вчерашнее путешествие не слишком нас вымотало, потому как не нужна ваша помощь. И чем скорее, тем лучше.
