совсем не стараешься, сучка. Лучше вылизывай, лучше!
— Да, госпожа... — простонала я и тщательнее взялась за работу.
— Не знаю, какие порядки были до этого, но у меня сучка кончает только после госпожи. Торопливых сучек я наказываю. Ты ведь не хочешь чтобы я тебя наказала?
Как могла я покачала головой, не прекращая посасывать её пухлые губки уже во всю блестящие от сока. Я могла только поражаться её самообладанию. Здесь, внизу, она уже во всю текла, но командовала мною так, словно ни чего не происходило.
— Люблю понятливых сучек, — сказала она и вдруг вздрогнула.
Я не могла понять, что произошло, но её тело вдруг задрожало, а киска прямо запульсировала — я это чувствовала языком. Она схватила меня за волосы, и что есть сил прижала меня лицом между ножек, словно пытаясь мною вытереть сок. Но это было не так. Следующим движением она отвела мою голову в сторону, и горячий поток её сока вырвался на свободу. Она кончала, она кончала с невероятной силой, потоки её оргазма заливали мне лицо, а карнальный запах её влагалища был, казалось, теперь повсюду. Я даже увидела её лицо: её глаза горели азартом и властью, она просто наслаждалась тем, что делала сейчас со мной. Но её наслаждение казалось совсем нереальным, оно не было похоже ни на что из того, что я видела раньше. Всё было в её власти, даже собственный оргазм!
Когда этот поток иссяк, она лишь разжала пальцы, и моя голова безвольно повисла. Я чувствовала как её сок стекает на пол, но была настолько поражена и вымотана, что даже забыла о самой себе... Невероятно... В первый раз кто-то кончает мне в лицо с такой силой...
— Теперь моя вещь вся мокрая, — заметила госпожа.
— Брось, ей так больше идёт. Какая же она грязная сучка, если она чистая?
— Хорошо сказано, — усмехнулась госпожа, а потом вдруг обратила на меня своё властное внимание, — Шлюшка, ты вроде бы что-то хотела?
— Да, госпожа... — простонала я.
Это было как рефлекс: слова госпожи для меня были таким законом, что я без промедления на них реагировала ещё до того как успевала понять это. Только так я должна была отвечать ей, именно это должна была делать грязная сучка вроде меня для своей госпожи.
— Госпожа... Позвольте мне кончить...
— Это всё, чего ты хочешь, похотливая сучка? — сурово спросила она.
— Да, госпожа... Я очень хочу кончить... — почти умоляла я. — Простите свою суку, посмевшую просить Вас об этом, но будьте снисходительны, госпожа, к моим низменным желаниям... Позвольте мне кончить для Вас...
— Кончай, — великодушно ответила госпожа и начала неожиданно жёстко и быстро трахать меня. — Ведь это всё, чего может хотеть такая сука, как ты. Верно я говорю? Конечно же верно! И ты даже не сука, ты настоящая самка, которая только и хочет трахаться. Всё это время, что ты была у меня, ты только и знала что текла и кончала, текла и кончала. А теперь покажи мне снова как ты кончаешь, самка! Кончи для меня, похотливая сука!
Она продолжала осыпать меня грязными ругательствами, а я уже почти не слышала этого. Её слова перемешались во мне унизительным жаром, и, словно буря, меня накрыл оргазм. Я потеряла последние остатки разума, оставшись лишь кончающей и трепещущей массой плоти и похоти. Я больше не была Линдой, я была всего лишь массой кончающей плоти, пронзаемой страпоном госпожи. Это было так потрясающе, мне было так хорошо, что я почти растворялась в этом чувстве и стонала, наверное, как сумасшедшая. Да, госпожа! Это я, Ваша покорная самка!
Я приходила в себя от этого оргазма, а госпожа продолжала трахать меня, не останавливаясь ни на мгновение. Она играла со мной, бросая снова и снова в пучину оргазмов. Я кончала, моё тело мне не подчинялось, лишь извиваясь в этих волнах, а она не останавливалась. Я не знала, сколько раз я кончила, я знала только что кончала именно так, как
