меня назвала? Неужели... Я в опасности!
Эти мысли промчались в моей голове в одно мгновение, а в следующее я уже рванула к двери. Нужно было спасться до того как случится непоправимое. Я чувствовала, что эта блондинка вовсе не так безобидна, как кажется, и... и... она опасна...
— Ни капли, — только и успела бросить я.
Однако она оказалась быстрее меня. Из-за шока я не рассчитала траекторию, и её рука схватила меня точно за киску! Я вскрикнула от неожиданности и от электричества, которое в тот момент проскочило по моему телу. А она лишь крутанула пальцами и, сдвинув этим движением мои трусики, нырнула в самые глубины моего зудящего лона.
Я была в столь нелепом положении, что не могла даже вырваться! И в следующее мгновение сок пролился на её чёрные перчатки. Эти случилось... Теперь мне было ещё и стыдно... Что она теперь подумает обо мне?..
— Ни капли, говоришь? — грубо спросила она. — Тогда что это блестит на моих перчатках, сука?
— Прошу Вас, не называйте меня так! — вскрикнула я, когда она зашевелила пальцами.
— Что плохого в том чтобы суку назвать сукой?
— Я не с... сука... — шептала я.
— Мало того, что ты взяла чужие вещи, так ты ещё и занималась этим прямо тут. Кто же ты, если не сука? Воровка?
— Отпустите меня! — крикнула я, пытаясь вырваться, но лишь получила звонкую пощёчину.
Я так и стояла перед ней, насаженная на её пальцы, держась за обожжённую щёку и заливая её своим соком... Что же творится? Как такое могло произойти? Что же мне делать?
— Давай я позову директора и расскажу, чем ты тут занималась? Тебя с позором выгонят из школы. Хочешь?
— Нет... — беспомощно ответила я.
— Вот и правильно. И если ты это понимаешь, то теперь я могу сделать всё, что захочу. И только от тебя будет зависеть, сделаю я что-то хорошее или что-то плохое. Поняла?
— Да...
— Хорошо, — улыбнувшись, ответила она бархатным голосом. — А теперь я хочу чтобы ты кончила.
— А? — округлила я глаза в ужасе.
Но прежде чем я смогла сказать что-то ещё, она начала неистово терзать мою зудящую и текущую киску. Погрузив в меня уже три пальца, он двигала ими с такой силой, что, казалось, хочет порвать меня на куски. Но вместо боли я вдруг почувствовала такой прилив похоти и наслаждения, что едва держалась на ногах. Я не знала, что со мной происходит, почему это так унизительно, но и так приятно. Я едва не повисла на ней, силясь не закричать от наслаждения.
Мне было страшно, мне было стыдно, любой мог войти и увидеть что со мной сейчас происходило, но... Но... Это было так хорошо, что эти чувства только разогревали меня. Я была словно на острие чего-то опасного и притягательного, такого карнального и такого стыдного. Я никогда раньше не чувствовала этого...
И эта рука... Эта властная рука, терзавшая меня... Сколько таких как я побывали на ней? Я не могла ей сопротивляться, и даже не заметила как начала кончать. Я просто провалилась в какой-то мрак и не могла уже отличить наслаждение от этих грубых ласк и вершину этого наслаждения. Я вообще ничего не могла отличить, я почти отключилась, кончая как никогда ранее, кончая... как она...
Силы покинули меня так стремительно, словно прорвало плотину. Мой бушующий оргазм ещё не затих, а я уже повалилась на пол. Я была выжата, я была разбита, я была сломлена. Эта женщина... Что же она со мной сделала?
— Вот она, настоящая ты, — властно и довольно говорила она, размазывая сок по моему лицу. — Обычная шлюшка, кончившая, едва я взялась за твою дырку.
Мне хотелось провалиться под землю, но я ни как не могла этого сделать. Она унизила меня, увидела меня с такой стороны... Что же теперь будет.
— Теперь ты будешь моей вещью, — ответила ... на мой безмолвный вопрос она. — Будешь обращаться ко мне только как «госпожа». Да, госпожа Элеонора.
