тех, что я знал, вообще, не кончали от чистого анала. А потом я понял, что не встречал человека маскировавшего свои чувства лучше чем она. В тот момент, меня гораздо больше поразило то как уверенно и спокойно запихивала она шарики а широко раскрытое и обильно смоченное спермой отверстие. Меня не удивило то какой чистой была Катя внутри, все наши девчонки готовились к Новому Году довольно тщательно, в смысле гигиены.
Мы без приключений завершили свое турне, побросали в карнавальные костюмы в кучу, и начали готовиться к бою курантов. Целью этой игры было сделать фрикцию с каждым ударом и кончить на последнем. В нашей компании девушки выбирали кавалеров, которых, обычно, было больше. Лишние вынуждены были, в этот момент, ограничиться оральным сексом. Все быстро разбивались на пары. Машка обняла Катю, прижала к себе и они выставили передо мной две милые попки. Пора было начинать, а я не знал, что делать. Хорошо хоть хуй стоял. Я потянулся к Машке и увидел, как она показывает на Катю своей свободной рукой, пришлось сдвинуться к ней, а кто-то из ребят пристроился за Машкой. Я резко вошел в Катю и понял, что она девственница. К счастью она не была слишком уж сухой. Я мчался как Бен Джонсон, и кончил с двенадцатым ударом. Хорошо с одиннадцатым или с десятым. С двенадцатым я крикнул: «Д-а-а-а!» Тогда мне показалось, что я понял зачем мы остановились у комнаты Нконо, который хорошо размял и меня и Катю.
У нас не было бокалов. Мы пили шампанское из горла, из пупков, любовных треугольников и ладоней. Ели один кусок крема на двоих в страстном поцелуе, или топили его между половых губ, а потом вылизывали сладкий сок до последней капли. Я лакал шампанское с привкусом Катиной крови и своей спермы, когда ее потряс первый в жизни оргазм. Он был глубже, чем все, что я мог себе представить. Я сжимал ее бедра из всех сил, чтобы не потерять контакт языка в ее клитором. Потом она села мне на лицо, чтобы я мод допить чашу до дна, а Машка прыгала на моем члене как сумасшедшая. Потом кто-то делал мне минет и опять скакал на мне. Кажется уже Танька. А Катя все не хотела прерывать этот бесконечный куни. Потом я с кем-то из ребят, делал Машке двойное проникновение.
Я был внизу и Машка целовала меня взасос. Машка любила секс втроем. Любила когда твердые мужские члены прутся о тонкую перегородку с разных сторон. Софиты светили так ярко, что наши ладони, уши и, может быть даже члены, просвечивали насквозь. Свет лился на нас со всех сторон, мы ощущали себя в центре огромного мира. Помню мы втроем занимались любовью в позиция 699 и я никак не успевал справиться с четырьмя жаркими дырками, пока не ввел в каждую указательный или большой палец и не начал играть на удивительном музыкальном инструменте. На фоне Машкиного меццо-сопрано, Катя выводила мелодию любви, а я помогал им свои языком. Обессилев мы играли в различные игры. Девочки угадывали нас на ощупь, а мы их на вкус. Потом, когда осязать было уже нечего, они закрывали глаза, садились на бутылки из под шампанского, и, сжимая мышцы влагалища, пытались их поднять. Машка одолела полупустую бутылку, и перевернулась, держа ее половину в себе. Мы вертели бутылку, запихивая ее все глубже, и девушка кончала раз за разом. Я достал бутылку, и в ярком свете ламп, рассматривал этот удивительный, содрогающийся, широко раскрытый розовый бокал с прозрачным нектаром внутри. Потом он начал закрываться, и мы с Катей по очереди пили напиток любви, вкуснее которого нет на свете. Мы целовались до упаду, удерживая подруг на весу всеми подручными средствами. Потеряли ощущение времени и пространства, и один за другим падали без сил, в объятия друг друга, выжав себя до последней капли.
Проснулись мы от грохота выбитой двери. Нашу троицу ментам пришлось буквально разрывать на части, так уж мы были склеены сахаром и спермой. Кожа, волосы — с ног до головы. Внешне мы напоминали каких-то дикарей из Новой
