убедиться, что его бывшая наложница не сбежала через него!
Я лихорадочно огляделась. Небольшая пещера, которой заканчивался проход, не имела больше входов и выходов. А это, наверное, алтарь. Посередине пещеры располагалось странное каменное сооружение, отдаленно напоминающее цветок. В центре цветка было шарообразное утолщение, от которого протянулись четыре коротких «лепестка». В свою очередь каждый лепесток в середине изгибался наподобие ... седла. Из седел торчали по два продолговатых выступа, торчали совсем близко друг от друга — один сантиметров 15, другой чуть покороче — см 10.
Я повернулась к Мали:
— Раздевайся!
Губки Мали обиженно надулись и задрожали:
— Зачем?
— Нам надо испытать оргазм, чтобы открыть проход к нашей богине!
— Мы будем заниматься любовью? Здесь???
Девол, я и сама чувствовала, что продрогла до костей, ноги были забрызганы грязью почти до колен, пальчики ног так и вовсе закоченели.
— О, смотри, — всхлипывающая Мали указала на алтарь.
Я повернулась. В воздухе над камнем замерцали руны. Я напряглась и, постаравшись умерить лихорадочное волнение, попыталась разобрать, о чем идет речь. Постепенно смысл начертанных в воздухе фраз стал до меня доходить. Я открыла рот и недоуменно перевела взгляд на алтарь.
Я щелкнула пальцами и потащила Мали к Алтарю. Заставив ее перекинуть ногу через «седло», так что ее влагалище оказалось над каменными наростами, я надавила руками на ее плечи.
— Ты с ума сошла, Бэсс! — завопила Мали. — Я не хочу этого делать!
— Мы должны кончить, — зашипела я, нащупывая дырочку подруги и направляя ее на каменные стержни. — Кнавций не пощадит ни меня, ни тебя, это наш единственный шанс. Пожалуйста, Мали!
Мали перестала сопротивляться, и ее губки коснулись бОльшего из выступов. Я резко надавила на плечи, Мали завопила, как резанная, но я чувствовала ладонью, что оба выступа нашли свои норки — один безжалостно проник во влагалище, а второй — до предела растянул попку.
Сама я поспешно пристроилась на втором «седле». Колени чувствовали холод гладкого камня, подо мной торчали такие же холодные наросты. О, боги, как же можно кончить с этими штуками внутри??? Закусив губку, я стала постепенно насаживаться на каменные члены. Кончик большого навершия вошел в меня без труда. Однако с меньшим возникли трудности — он был слишком далеко, я все никак не могла насадиться на него попкой. Я ворочалась на одном, доставляющем мне только неприятные ощущения, но никак не могла пустить в себя второй. Наконец, мне удалось пронзить себя сразу двумя наростами. Я захрипела и насадилась на них до конца, затем стоная принялась подмахивать, пытаясь получить хоть немного удовольствия. Рядом извивалась Мали, но к моему разочарованию на ее лице было написано скорее страдание, чем даже тень наслаждения.
Как ни странно, ходящие в моих дырочках каменные члены через какое — то время стали доставлять удовольствие... Но до оргазма было еще очень далеко, когда в глубине потайного хода замелькали огни факелов. Я задвигала попкой в усиленном режиме, но тут из зева хода ко мне метнулась какая — то тень. Меня ударило, каменные члены с влажным чпоканьем выдрались из меня, и я покатилась по каменному полу, больно приложившись головой.
О, девол, по всей видимости, меня сшиб горгулья! Я чувствовала на своей коже его когти. Они держали меня крепко, мне даже было не пошевелиться из боязни, что они пропорют кожу.
— Так — так — так! — услышала я голос Кнавция и заскрипела зубами. Как здорово оказаться под горгульей, вымазанной в грязи. К тому же, судя по ощущением, ткань хитона лопнула, и я лежу ко всеобщему обозрению с голой задницей и растраханными камнем дырочками наружу.
Ну, я сейчас вам покажу! Мои ладони сжались, чтобы собрать особо разрушительную энергию... Но вместо энергии в моих ладонях оказалась только жидкая грязь! Маг! Он блокирует мои
