стройным
ножкам. Мне казалось, что я чувствую восхитительный аромат девичьего лона, и голова
закружилась от возбуждения.
Света повернулась ко мне.
— — Что там нужно для Января? — — Она кивнула на ленты.
— — Вот эти красные ленточки. — — Я постарался смотреть ей в глаза, а не на грудь. — —
Ты умеешь завязывать красивые банты?
Светлана вплела в волосы две розовые ленты и подала мне красную. Одной яркой лентой
мы обернули её ягодицы и завязали красивый бант напротив интимной прически. У
Светланы там оказался симпатичный треугольный островок, почти не стриженый, весь в
очаровательных светлых завитках. «Настоящая блондинка — — везде блондинка», подумал
я. Губки влагалища начинались внизу треугольничка, нежные и как-то по-детски
припухшие. Мне вспомнилась одноклассница Наташка, за которой я подглядывал в первом
классе. У той складочка между ног была такая же белая и невинная, но совсем без
волос.
Вторая лента опоясала Светину грудь. Соски нахально торчали под шелковой полосой, и
постоянно выскакивали, пока Света завязывала бант.
— — Спадает, — — расстроенно заявила она и пошла к дивану.
На белом кожаном диване её обнажённое тело казалось совершенным. Она полулежала,
прикрытая только двумя алыми лентами, а мы фотографировали её: Макс делал снимки, я
держал матовое зеркало — — рассеиватель света. Пока Светлана смотрела в камеру, я
рассматривал её прелести: мои пальцы сами представляли, какие теплые и пушистые
волосы её «треугольничка», как нежна и в то же время тяжела её округлая грудь. Меня
непреодолимо тянуло ощутить вес её соблазнительных полушарий в своих ладонях. А
какие, наверное, твёрдые и упругие эти сосочки! Хорошо, что зеркало в моих руках
закрывает джинсы и она не видит, как отчаянно у меня стоит.
Света подвинулась на диване, заложив руки за голову, и лента снова сползла с груди.
«Погоди, я поправлю, не двигай руками», я отставил зеркало, подошел и наклонился над
ней. Провел кончиками пальцев по краям ленты, выравнивая её и одновременно
наслаждаясь касанием нежной бархатной кожи девичьей груди. В какой-то момент между
пальцами проскользнули соски и я еле удержался, чтоб не сжать их с силой. Достаточно
того, что я коснулся чуть твердых краешков их ареалов.
Лента снова была на месте, а Света смотрела на меня с непонятным выражением на лице.
Мне показалось, что её взгляд скользнул по моим джинсам и отметил выпуклость на них.
Макс сверился с эскизом, кивнул мне и сказал:
— — Светик, лучше будет, если ты правую ножку чуть согнёшь, а левую выпрямишь
полностью и вытянешь носочки, окей? Попробуй. Алекс, помоги, чтоб ленты не сползали.
Света аккуратно коснулась правой пяточкой поручня дивана, а левую ножку вытянула
вниз и вдоль. Вытянутые носочки ещё сильнее подчеркивали их стройную красоту — — в
профиль это смотрелось потрясающе, куда лучше чем мой первоначальный эскиз.
Я снова взял зеркало и подошел к дивану. Оказалось, что в этой позе ей пришлось чуть
раздвинуть ножки, и теперь мне была видна её промежность. Гладкие нежно-розовые
губки были плотно сжаты, скрывая за собой вожделенную дырочку, так что я едва
сдерживался от того, чтобы не броситься вперед и не раздвинуть бархатные Светины
ножки руками, увидеть сокровенное местечко и впиться в него губами. Чтобы отвлечься,
я подбадривал девушку комплиментами.
Светлана улыбалась в камеру, а я жадно рассматривал её девичьи прелести. Через
некоторое время мне показалось, что её промежность чуть блестит. Ещё чуть позже я
... уже был уверен, что девушка возбуждена: губки чуть покраснели и блестели влагой,
маленькая капелька собралась и медленно скатилась вниз, к попке. Эта капелька
практически свела меня с ума. Я чувствовал
