складочками и тесно припал ртом к раскрытому дрожащему отверстию, не давая вылиться ни капле. Крепко держа за бедра стонущую, на трясущихся ногах девушку, он вынырнул из плена её ляжек и, повернув её лицом к стене и пригнув, положил руки на ягодицы. Довольно улыбаясь, помял их, оставив розовые следы на загорелой коже. Укусил каждую по нескольку раз и, испустив довольное урчание, развел их и зарылся меж половинками лицом. Лада покорно, иногда поводя бедрами, терпела яростное облизывание и покусывание ануса; новые ласки пугали её, принося какие-то непонятные эмоции. Вынув пальцы из её зада, он быстро встал и, прижав её к стене, попытался с налету втолкнуть туда длинный член. Внезапно испугавшись и не будучи готовой к новому виду совокупления, Лада вырвалась и повернулась. Тогда, не разозлившись, он толкнул её вниз, вогнал в рот влажный ствол и, стукнув о стену головой, качнулся бедрами навстречу ей. Недолго, держа за лицо, он насаживал её на член. (Специально для — ) Выдернув его, поднял ей ногу вертикально вверх и, оперев девушку руками о стену, ввинтился в неё таким образом, что, растянутые на шпагат, её ноги располагались параллельно его телу. Чувствуя себя героиней порнофильма, всегда занимаясь с ним необычным сексом, в неудобной позе, с прижатой к нему поднятой ногой, с его быстрыми пальцами, снующими в её податливой вагине вместе с упругим членом, Лада облегченно испытала последний на сегодня, изматывающий оргазм. Поняв, что не имеет смысла маскироваться от членов группы, она послушно легла в постель вместе с Максимом до утра.
Последние до отъезда дни Лада старалась не истязать себя неприятными мыслями. Этого и не требовалось: те сами тревожно роились в голове, не покидая ни на миг. Она безуспешно гнала их, пытаясь вести себя как ни в чем не бывало под насмешливыми, выжидающими взглядами членов команды. Все, включая саму девушку, прекрасно знали, что её положение любовницы БМ весьма временно. И она отчаянно демонстрировала на публике полное довольство жизнью, тем более, что это было теперь нетрудно. Она переселилась на последние дни к Максиму. Тот никуда не отпускал её от себя, разъезжая с ней и руководством группы в открытом кабриолете и расслабляясь на яхте. Она незаметно, но прочно заняла место солистки, хореограф без устали хвалил её талант под благодушным взглядом рэпера. Администратор и директор певца демонстрировали подчеркнутое дружелюбие, неизменно обращаясь к ней при БМ Ладочка, Ладуся. Тот же продолжал называть Лалой, гордясь, что придумал такое звучное прозвище. Накупив девушке нарядов и подарков, хип-хопер не спускал её с колен во время прощальной вечеринки в самом крутом кабаке города. И целовал взасос, танцуя с ней: они опять, как в начале поездки, озорно и хулигански зажигали на танцполе, дразня друг друга. Лада впечатляюще, как в последний раз (может и в последний — казалось ей), отрывалась от всей души. Что и говорить про вдохновенный, самый разнузданный секс, которым они обессилили друг друга в последнюю ночь, едва не проспав сбор труппы на автобус.
С трудом упросив Андрея не встречать её на вокзале, в суматохе приезда Лада быстро юркнула в метро. Ей хотелось в спокойствии и одиночестве привести мысли в порядок. — Все будет, как и раньше, — решила она. — Андрей — самая большая любовь её жизни, все настоящее в ней, и его она не оставит ни за что. Ничего лишнего ему знать необязательно! Вернувшегося с работы парня встретила загорелая, отдохнувшая, по-прежнему влюбленная девушка. Они обрадовались друг другу, ночь прошла без сна. Парень пылко любил соскучившуюся девушку, как и прежде обращаясь с ней, как с принцессой. Её легкого разочарования он не заметил; она, казалось, была счастлива одними его ласковыми прикосновениями.
Потекли летние дни влюбленных, полные взаимных радостей, не нарушаемые поначалу ничем. На зарплатную карточку девушки перечислили
