перевернулась на спину и тотчас поплатилась за опрометчивость. Губы парня жарко впились в щелку между маленькими складками припухших половых губ. Ахнув от стыда и внезапности, она приподнялась на локтях и дрожа всем телом, смотрела, как он пылко целует ее «там».
Его поцелуи пьянили ее, он словно высасывал из нее силы. Одуряющая слабость и нега навалились на нее и она без сил повалилась на спину.
Резким рывком, он внезапно сорвал с нее плавки и скользнув по ее телу, накрыл своим дрожащим от страсти горячим телом. Люба струхнула, и поняла, что допустила непоправимую ошибку, за которую, сейчас, расплатится потерей невинности. Она сама хотела этого, но, ни за что бы, не созналась ему, что согласна дать. Твердый член Вадика, уперся в ее щелку и быстро вонзившись, заставил ее вскрикнуть от боли.
— Прости. Я сделал тебе больно?
— Ты сделал меня женщиной, — всхлипывая, пояснила она.
— Так ты была девушкой?
— Была. Можешь теперь гордиться, что стал моим первым мужчиной.
— Прости, я не подозревал, что ты...
— Молчи. Понимаешь, сама я тоже хотела этого.
Природный инстинкт женщины подсказал ей, что нужно делать. Ее бедра согласованно двигались в такт толчкам члена.
— Вадик! Вадик! Ох, Вадик! — жарко шептала она, страстно подмахивая ему. Издав долгий стон, она вздрогнула, вытянулась под ним и несколько раз содрогнувшись, с облегчением выдохнула. — Все-е-е.
Услышав ее жаркий шепот, он громко застонал и судорожно вбив член, несколькими короткими толчками, залил ее спермой.
— Зачем ты кончил внутри? Ведь я же непременно забеременею! Мама, узнает, убьет меня! — в отчаянии застонала она.
— Раз я виноват в этом, значит буду отвечать, — мужественно ответил он, в полной уверенности, что тетя Варя не пожелает портить с ним отношения.
До его сознания дошел смысл слов девушки: «Я, сама этого захотела». Она сама хотела его! Это значит, что он не безразличен ей. Больше того, она, вероятно, любит его.
— Ты меня любишь? — вдруг спросил он.
— Вот еще!
— Почему же тогда позволила мне любить тебя?
— Да! Люблю! Что в этом плохого?! Да, я люблю тебя! Это плохо?!
— Что ты! Это самое лучшее, что ты могла мне сказать, — с жаром ответил он.
— Правда? Ты, не притворяешься? Или ты стараешься успокоить меня?
— Ты, не представляешь, как сильно я люблю тебя. Если у тебя будет ребеночек, я женюсь на тебе.
— Не смеши меня! Женишься в шестнадцать лет?
— Почему же нет? Во-первых, мне уже не шестнадцать, а почти семнадцать лет, во-вторых ты родишь его лишь спустя девять месяцев, и тебе будет шестнадцать, а в-третьих, разве в семнадцать лет не женятся?
— Ты правда так думаешь? — С надеждой спросила она.
— Честное слово! От всего сердца! Я, люблю тебя!
— Интересно, как отнесется к этому мама? Хотя, я знаю... Да-да! Знаю! Не отпирайся! У тебя с ней ведь тоже было. Ведь так? Только не отпирайся, что ты впервые слышишь об этом.
Вадик, немного смутился.
— Глупости! Ничего у меня с ней не было.
— Вадя, пойми, я не осуждаю Вас. Я отлично понимаю, что мама была просто вынуждена делать это с тобой. Признайся. Не будь трусом.
— Ну, было. Так что?
— Скажи, тебе было приятно с ней?
— Если честно, то да, очень приятно. Она ведь женщина и знает как это делать. У меня первый раз это произошло с женщиной. Я в восторге от нее. Но, если ты знала, что мы с мамой..... . любили друг друга, почему же ты позволила мне любить тебя?
— Ты мне очень нравишься, Вадька. Очень!
— А мне не кажется, я уверен в том, что люблю тебя.
Тетя Варя была в бане. Наклонившись над скамьей, она ополаскивала шайку. Ее поднятый зад, откровенно раздвинулся, выставившаяся из-под ягодиц волосатая щель манила его и на правах ее недавнего
