бутылку.
— Угу. В четыре часа ночи самое время пить шампанское.
— Ничего. Еще успеем выспаться. Открывайте...
Я пил пузырящийся напиток и чувствовал щекотание в носу.
— Вам не понравился Михаил? — спросил я.
— Нет. Мне понравились вы, — спокойно ответила она и стала снимать халат. И тут моим глазам открылось необыкновенной красоты молодое девичье тело. Я дрожащими руками стал стаскивать с себя спортивное трико и, не отрываясь, глядел на нее, словно боялся, что это чудное видение, этот «гений чистой красоты» внезапно исчезнет. Не зная, что сказать, я выложил то, что почему-то крутилось у меня в голове.
— Странно, что мы едем только вдвоем, и к нам никого не подсаживают.
— Михаил постарался. Сунул проводнику. Для себя готовил ложе любви. А оно досталось другому, — ответила она, легла на спину и раздвинула ноги.
— Я готова. Погасите свет...
Я бойким петушком вскочил на нее и почувствовал, как она, прижимая меня к себе левой рукой, а правой лихорадочно ищет мой орган. Наконец она зажала его в кулачке, направляя в свое лоно.
— Только не суетись. Я люблю нежное, медленное сношение, — прошептала она и запустила свой тонкий язычок в мой пылающий рот.
... Я медленно накачивал ее, а она целовала мое лицо, глаза, губы. Но тихая «езда» быстрее «раскочегаривает» мужчину, чем отчаянный галоп, когда тела с бешеной скоростью колотятся друг о друга. Я старался как можно дольше затянуть процесс, но почувствовал, что это нелегко сделать с такой необыкновенно мягкой женщиной в сексе. Она слегка постанывала и на каждое мое движение старалась ответить встречным качком таза, помогая руками, лежащими на моих ягодицах. Я почувствовал, что эта сладкая пытка подходит к концу, впился в ее губы, изогнулся какой-то немыслимой дугой, и мое тело пронзила острая судорога мощнейшего и сладострастного оргазма, положительно встреченного ее плотно прижатым и застывшим в моих объятиях телом. Она громко вскрикнула и тут же ослабла, принимая мой поток в свое лоно.
«Боже! Что я делаю?! Она же может забеременеть!» — всполошился я, соскочив на пол.
— Не волнуйся. Я заранее предприняла кое-какие меры предосторожности, — села она, опустив ноги на коврик. Я протянул ей недопитый стакан с шампанским, сам тоже отпил, освежая пересохший рот.
— Саша. Позвольте один вопрос. Только честно. Почему вы не захотели Михаила?
— Гм... Сложный вопрос. Если коротко и честно, то этот смазливый козел в модных очках — мой отец...
Эдуард Зайцев.
(продолжение следует)
