баричу опозорить свою дочь. Единственное что могла сделать, бухнуться перед ним на колени, и попросить у него пощады. Да поможет ли ей это?
Марфа не заметила, что ее изумленно вытаращенные глаза так и прилипли к юному орудию молодого барича. Зато приметила, как вспыхнули и загорелись глаза ее дочери. Вот она ее!!! Но, тотчас вспомнила, что и дочке ничего сейчас не сделает.
— Эй, баба! Поди ко мне, и вымой мне ноги!
— Сию минуту, барин!
— А эта девка, пусть вымоет меня спереди.
Опустившись на колени, Марфа мыла ноги барича, стараясь не обращать внимания на свои бесстыдно вываленные из выреза рубахи большие груди. Смотря на то, как дочь моет мужской орган юноши, она поняла, что отныне ее любимая дочь, опозорена окончательно. Кто ж опосля такого срама, возьмет ее замуж? Опозорена девка, коли за детородный орган мужчины подержалась, хоть и по приказу барина.
— Двигай! Чаще двигай рукой по нему! — Властно приказал он.
Марфа видела, что намыленная ладонь дочери размеренно скользит по члену барича. Так делала сама Марфа, когда желала возбудить мужа.
Неожиданно развернув Грушу, он схватил ее за зад и с силой насадил... на свой торчащий член. Груша болезненно вскрикнула и мать увидела, как из заполненной вошедшим органом половой щели дочери, медленно потекла струйка крови. Это, конец! Ее дочь стала бабой.
Наигравшись с девкой, Николя обратил внимание на стоящую перед ним толстую бабу. Выставив необъятный зад, она разводила воду в шайке. Его взгляд остановился на ее огромной мясистой щели, густо покрытой шерстью. Он подумал, что для разнообразия впечатлений, ему надлежит познать вот такую толстую, сочную бабу. Она, кажется, жена мельника и мать девки, которую он только что лишил девственности.
Он встал, подошел к ней, затем снизу вверх сладострастно провел рукой по ее половой щели. Марфа поняла, что неожиданно пришел и ее черед быть опозоренной.
— Барин, миленький, не губи меня! — Жалобно взмолилась она. — У тебя здесь столько молодых девушек, даже дочь моя единокровная в твоем распоряжении. Я честная, покорная своему мужу женщина. Не трогай меня! Не губи! Иначе, житья мне не будет!
— А я хочу попробовать тебя! — С упрямым раздражением заявил Николя, еще сильнее возбуждаясь от отказа бабы. — Как смеешь ты, холопка, отказывать мне, господину своему?! А ну, согнись передо мною! И, как можно ниже!
Опустив голову, Марфа подставила ему свой тучный зад, и осознавая опасность гнева, выпятила половую щель.
— Ох! — Непроизвольно выдохнула она.
Член барича ворвался во влажный теплый колодец, который подчиняясь природе, невольно облек его далеко не малый член. Распластавшись на ее широкой спине, барич обхватил ее руками, и держа за тяжелые шары грузно отвисающих грудей, принялся с неожиданным удовольствием иметь бабу.
Страстная по натуре, Марфа стала со страстными стонами отвечать ему, и желая доставить баричу как можно больше услады, принялась доить влагалищем его глубоко входящий член.
— Ах, хорошо! Ах, поддай еще! Дай, я засажу еще глубже! — Распалившись хрипел Николя, до лобка всаживая страстно отвечающей бабе.
— Вот девки, учитесь, как правильно отдаваться мужчине! — Подмигивая ее дочери, назидательно сказал он.
Груша во все глаза смотрела, как бесстыдно выпячивая наружу срамную щель, мать пылко подмахивает баричу. Ох, будет маменьке от тяти на орехи, коли он прознает об этом!
Глава 4. Барин
Похоронив бабушку, Николай Васильевич, стал полноправным хозяином богатейшего, более тысячи крестьянских душ, благоденствующего имения.
Жизни в столицах, балам и любезностям, он предпочел простые земные радости, заведя у себя целый гарем молодых девок и баб.
В нем на правах экономки всеми хозяйственными делами рачительно вела дела и заправляла Дуняша.
Надавав затрещин
