Однажды, давным-давно, я написал этот рассказ. Он повествует об «юности» Альбуса П. В. Б. Дамблдора и Геллерта Гриндельвальда, его лучшего друга. Эта история разворачивается, когда Ариане Дамблдор, сестре «Великого Альбуса», было пять лет, в Годриковой Лощине, когда Геллерт приезжает «на летние каникулы», коии были сразу по завершению обучения выпускника Хоргвартса Дамблдора-младшего.
Повествование ведётся от первого лица — от лица юного, двадциодноголетнего Альбуса Дамблдора, в будущем — величайшего волшебника мира.
Ты лежишь возле меня. Мой палец бродит по твоей правой руке. Я дохожу до твоего плеча, и перемещаю руку тебе на грудь. Ласк одним лишь пальцем мне уже мало. Моя ладонь ложиться тебе на грудь. Чтобы дать себе свободу действий, а тебя, наоборот, хоть немного её лишить; я сажусь тебе на ноги, не давая возможности двигаться. Вторая моя ладонь присоединяется к первой. Двумя ладонями я исследую твою грудь. Сильную и мускулистую. Я стягиваю с тебя свитер, растрёпывая твои волосы. Аккуратно, не касаясь лица, я поправляю выбившуюся прядку твоих тёмных волос. Обе моих руки бродят по твоей груди, по животу, спускаются на бока. Я просовываю ладони под твою футболку и неторопливо стягиваю с тебя и её. Я отстраняюсь, не вставая с тебя. Я наслаждаюсь открывшимся мне зрелищем. Но не даю свободу своим глазам, чтобы не увидеть сразу слишком много.
Твои ярко розовые соски так влекут и манят меня. Руки ласкают грудь, покрытую редкими тёмными волосками, контрастирующими с алебастровой кожей. Я склоняюсь над тобой, приближая своё лицо к твоему телу. Я целую твой левый сосок, затем правый. Они отвечают мне мгновенно, становясь твёрже стали. Мои губы поднимаются по твоей груди, целуют твою шею. Своими руками ты притягиваешь моё лицо к своему. В твоих глазах я вижу желание. Ты тянешься ко мне и робко целуешь. Трудно представить, что ты вообще способен на робость. Но этого робкого, скромного поцелуя мне мало. Мойллер язык прокладывает путь в твой рот. Сплетается с твоим, в причудливом змеином танце. Мои руки всё также ласкают твою грудь. Ты отпускаешь меня, позволяя мне полностью вернуться к ласкам.
Я покусываю твой сосок. Нежно, но в то же время так, чтобы ты чувствовал сладкую боль. Мой язык зализывает следы от зубов на твоих сосках. И, изредка, я чувствую солоноватый привкус крови на своих губах.
Языком я прокладываю блестящую дорожку между твоими сосками. Мои губы снова поднимаются к твоей шее. Я нежно кусаю тебя, оставляя заметные следы на твоей белой коже. Губы, обласкав ключицу, начинают свой путь к твоему левому плечу. Твои сильные плечи дрожат мелкой дрожью под моими поцелуями. Поцелуй за поцелуем я спускаюсь вдоль по твоей руке: плечо, предплечье, запястье. Я выпрямляюсь, держа в своих руках твою левую кисть. Я снова возвышаюсь над тобой. Своей правой рукой, я держу твою левую. А моя левая рука уже поднимает к моему лицу твою правую. Я целую твои кисти, пальцы. Облизываю каждый палец по отдельности. Страстно обсасываю все твои пальцы, начиная с больших. Ты уже слишком возбуждён, я чувствую это всей своей нижней половиной тела. Лишь только я выпускаю твой мизинец из своего рта, как ты мягко хватаешь меня за затылок.
Ты снова притягиваешь меня к себе. Моя грудь касается твоей. Шерсть свитера щекочет твою обнажённую кожу. Уже не робко, но страстно, ты целуешь меня. Уже не мой язык, а твой просится открыть ему путь. И я поддаюсь. Как только ты прерываешь долгий поцелуй, я отстраняюсь. Теперь я даю волю взгляду. Твой крепкий живот, с явно выделяющимися кубиками пресса всё ещё немного краснеет, от соприкосновения с моим свитером. Мои руки ложатся тебе на грудь. Когда я случайно касаюсь твоего соска, ты издаешь стон наслаждения, а за ним вздох разочарования, когда мои руки уходят вниз. Я глажу твой живот, вздымающийся от каждого вздоха. Тоненькая полоска чёрных волос ведёт от пупка вниз к
