делал массажа
— Как это, не делал?... Вчера я 4 или 5 раз массировал твой анус, забыл?...
— Он тебе нравится?
— А тебе?...
В ответ — молчание
— Ты, что, меня ревнуешь к Руслану?
— Ты мне не ответил
— Что ты заладил, как баба «нравится — не нравится» У самого, наверное, очко заморгало, когда ты его увидел. А?..
— Я скоро уезжаю И ебись с ним сколько хочешь
— Ты, что, ставишь мне условия? — рявкнул я.
— Да, нет — испуганно поспешил ответить Сашка. — Просто, я боюсь
— Тебе уже давно нечего бояться!
Сашка остановился, как вкапанный.
Я сделал еще несколько шагов по инерции и обернулся.
Сашка стоял, часто моргая, его губы вздрагивали
Господи!... Ну, зачем я ляпнул эту грубость.
Я подошел вплотную и увидел, как на Сашкиной щеке дрожит одинокая слеза
— Ну, что ты, Саня (я впервые назвал его не Сашкой, а Саней), — Ну, прости меня, дурака.
Я оглянулся, чтобы убедиться, что на пляже никого нет, притянул Сашку за шею и слизал эту одинокую и чистую слезу.
— Не дуйся.
Я засосал податливые Сашкины губы. Он тут же, застонав, ответил страстным засосом, тиская мои ягодицы. Сашкины руки забрались под мои плавки и мяли попку, затем перебрались вперед и обхватили мой быстро встающий член. Я почувствовал, что Сашка хочет опуститься на колени понятно для чего. Но я удержал его.
— Подожди Куда ты торопишься Не здесь Пойдем на наше место
Шторм разыгрался не на шутку. Крутые лохматые волны с грохотом обрушивались на песчаный берег и, растекаясь, скользили по песку, заливая обычно сухую часть широкого пляжа. Дул сильный ветер, нагоняя мглу. На «голом» пляже, как и на всем смежном пространстве — ни одной души.
Моя «вмятина» — залита водой — целое озеро. Мы остановились у края пляжа, примыкающего к лесному массиву, у огромного вывороченного корня старой сосны. Здоровенный пень с толстыми и длинными корнями лежал на боку, как поверженный осьминог. Он прикрывал нас от тропинки, шедшей по краю леса, и случайных прохожих.
Мы улеглись рядом на полотенцах в молчании.
Сашка лежал лицом вниз тихий и поникший
Блин Зря я обидел парня
Моя рука легла на голую попку парня, мягко разминая мышцы, затем нырнула в межягодичную складку к анусу. Сашка сжал ягодицы, не пуская мою руку дальше.
Я прильнул губами к лопатке, стал целовать шею. Язык прошелся по всему позвоночнику до крестца и пытался пробраться к анусу, но Сашка продолжал сжимать булочки.
— Ладно Давай, я сделаю тебе массаж. — Предложил я.
Не получив ответ, я уселся на Сашкины бедра так, чтобы мой еще не вставший член лег в его промежность, и приступил к процедуре: шея, плечи, широчайшие мышцы спины, поясница Постепенно, мое
«рукоприкладство» и вставший член, упершийся в его промежность, возымели действие. Сашка расслабился, поддавшись магии нежных и возбуждающих прикосновений. Вскоре, Сашка уже млел. Его тело время от времени вздрагивало от сладостных ощущений
Переместившись ниже, я разминал мышцы бедра и ягодицы, касался (как бы случайно) его крутой мошонки, прошелся пальцами по промежности, где прячется «корень» члена — там — предельный напряг. Раздвинул уже не сопротивляющиеся булочки, открыв доступ к очку. Мой горячий язык прильнул ко входу и стал буравить щелочку. В ответ (со стоном) — Сашка оттопырил попочку... Я обхватил твердый ствол Сашкиного члена, продолжая проникать языком во «врата рая»
Распалив Сашку таким образом, я ввел свой член медленным движение до самого конца и приступил к «процедуре»
Сашка, уже забыв о своей обиде, встал на коленки и, как всегда, охал и постанывал от траха
Время от времени я на всякий случай поглядывал вокруг — ни души... Оглянувшись в очередной раз, я заметил, что, метрах в 10-ти от нас, за кустами и стволом мощной сосны стоит
