красивой негритянки. Этот захватывающий полу стриптиз мне тоже очень нравился и я, чтобы подогреть интерес к своей персоне, запросто брал ее руку и целовал в ладошку или в жеманно дернувшееся плечико, а то и в черную щечку, когда мы лежали рядом, на песке, и ее головка покоилась на моей руке. Розе это так нравилось, что она закатывала глаза и тихо шептала: «Еще! Еще, милый!». Я начал чувствовать, что она уже прочно сидит у меня на любовном крючке и наступает пора более решительных действий. Роза была очень начитанной, эрудированной девушкой. Она хорошо разбиралась в русской литературе и мировом искусстве. Поэтому наше общение не было молчаливым.
Мы часто обменивались мнением, иногда спорили до хрипоты, отстаивая свою позицию, а когда я явно проигрывал, то затыкал ей рот крепким поцелуем. Она
тут же затихала, а потом набрасывалась на меня, колотя по спине кулачками, крича, что я применяю в споре бездоказательные и запрещенные приемы, которые она вынуждена безропотно сносить в силу своей женской слабости. Да я и сам видел, что стоило мне, как бы невзначай, коснуться ее груди или коленки, как глаза у нее широко раскрывались, дыхание учащалось и, казалось, что она уже еле сдерживает себя, чтобы не наброситься на меня. Ее, бедняжку, видимо, так припекало, что после этих ласк она тут же бежала в воду, чтобы погасить «пожар» между ног. Окунувшись, она ложилась рядом, и я старательно обтирал ее широким полотенцем. Я понял, что в удобную минуту в более интимной обстановке следует применить именно эту тактику, чтобы быстрее уложить ее в постель. И такая минута, наконец, наступила.
— Роза. А как ты посмотришь на то, если я приглашу тебя к себе в гости? — спросил я, испугавшись такой смелости.
— В гостиницу? А меня пустят?
— Нет проблем! — хвастливо ответил я, зная, что проблемы будут и немалые. Надо было уломать старшего администратора, которая сама положила на меня глаз, и дежурную по этажу, любящую «бабки». Но все же мы договорились с ней на субботний вечер. Обстановка упрощалась тем, что напарник по номеру съехал, и я остался один. С тетей Пашей (старшим администратором) я уже договорился, пообещав вечером поздравить ее с днем рождения.
— Так он будет только через полгода! — та удивленно подняла брови.
— Мне на такой срок командировку не продлят, — чмокнул ее в подставленные губки.
С ней пришлось повозиться до утра. Она оказалась достаточно тертой мужиками теткой, и отрывалась по полной, выжимая из очередного хахаля все, до последней капли спермы. Узнав о моей будущей чернокожей гостье, она иронически хмыкнула, предложив групповушку на троих, но, глянув на мое суровое выражение лица, снизошла до очередной ночи любви сразу же после негритянки. Потом, осатанев, она так оттрахала меня, что я едва выбрался к утру из-под ее ненасытного тела. Даже в душе меня шатало. Но добро на негритянку я из нее все же вырвал. Дежурная по этажу, тоже хотела испробовать мой член на прочность, но я уговорил ее на элементарную взятку.
Да и тетя Паша строго предупредила, чтобы я не трахал эту вихрастую стерву, а заплатил деньгами, а то Петру Петровичу (хозяину гостиницы) отстегивать будет нечем. Вот так мне пришлось из-за этой чернокожей дивы сражаться на два фронта. Теперь я понял, почему немцы тогда проиграли нам в Великую Отечественную. Боже! Как я теперь понимаю тех мужиков, которые членом пробивали себе карьеру через жен своих начальников. Короче. Купил я бутылку коньяка, шампанского, закуски разной и коробку шоколадных конфет. Это значительно сузило мой командировочный бюджет, но чего не сделаешь ради красивой, хотя и чернокожей, женщины. Ведь такое ... может случиться только раз в жизни и то далеко не с каждым.
Ужинали при свечах. Роза говорила, что это в их традиции. В Африке еще далеко не везде есть электричество. Это было мне на руку. Много шутили,
