голышом юркнула в постель. Я сразу полез к ней в пизду. Там все было влажно и скользко. Пальцем проник во влагалище. Обожаю, такое состояние женщины, когда в её щелке палец купается в женской смазке. Такое впечатление, как будто там все состоит из сливочного масла или покрыто все сливочным маслом. Люська хотела трахаться. Это ясно. Но вот с кем? Со мной или с Витьком? Ладно, думаю, хрен с ним, или точнее с ней. С кем она хочет. Главное я хочу. А жена сразу потрогала рукой мое хозяйство.
— Да ты уже готов, — проворковала она.
— Давно уже жду тебя, — ответил я и, перебравшись через её ногу, лег сверху. Люська просунула в промежность руку и направила моего малыша к себе внутрь. Трахая жену, я все время представлял, как её ебёт Виктор. Вспомнил картинку на песке острова и спросил:
— Тебе понравилось на острове?
— Да. Было классно, — а потом как бы спохватившись, добавила — а что ты имеешь ввиду?
— На войлоке, с Витьком. Когда я сети проверял.
— Классно было. Он так хорошо ебёт. У него такой член. А ты что? Знаешь, — удивилась она и добавила — но откуда? Ты же сети проверял?
Я, не вынимая из неё члена, дотянулся до мобилы и показал ей фотки.
— Ты что! Подглядывал!? Да?
— Это случайно получилось, — я продолжил долбёжно-ебежное дело.
— А тебе понравилось?
— Что, — спросил я.
— Ну как я со стороны смотрюсь во время секса?
— Все женщины во время секса смотрятся супер, — ответил я и перевернул Люську на живот. Лег сверху и вошел сзади.
— Он тебя в жопу ебал?
— Нет, в жопу я не дала. Рано ещё.
— Ну, тогда я это сделаю. Раздвинь попку.
Люська закинула руки назад и раздвинула свои дыньки, освободив доступ к анальной дырочке. Я вынул скользкий и мокрый член из влагалища и направил в задницу.
Жена одной рукой подправила направление. Я качнулся чуть вперед, она подала таз назад. Скользкий член без труда вошел в любимую попку. Обожаю ебать женщину, лежа на её заднице. Хоть в пизду, хоть в попку. В этой позиции я и кончил. Немного полежав, начал дремать. Людмила наклонилась ко мне и поцеловав, сказала:
— Ну спи Антоша. Крепко спи. А я пошла к Вите. А ты крепко спи, не просыпайся. И ничего не слушай.
Я сонно кивнул в ответ, и прошептал:
— А ты не сильно кричи, чтоб меня не разбудить.
— Я постараюсь.
— Голенькая пойдешь?
— Нет. Одену чулки, трусики и лифчик. И полупрозрачный пеньюар.
— Удачи, — сказал я и уснул.
Проснулся от того, что кто-то вошел в комнату. Открыл глаза. Это была Люда. Включила настенный светильник, подошла к зеркалу, сняла халатик и голенькая покрутилась у зеркала, рассматривая себя в различных ракурсах.
Потрогала сиськи, погладила животик, развернулась, что бы видеть в зеркале свою попу, провела рукой по ней. Оставшись довольной своим видом, стала одеваться. По-видимому, она уже давно продумала, в чем ей идти. Потому как в поисках вещей она не шарила, а довольно быстро надела чулки, трусики и лифчик. Опять покрутилась у зеркала, одела нежно-розовый прозрачный пеньюар и вышла.
Мне остро захотелось посмотреть, как у них там всё будет происходить. Но как? Из коридора? Дверь непрозрачная, а надеяться, что удастся её незаметно открыть — глупо. Поэтому, я вылез в открытое окно, по отмостке обошел дом, и, стараясь не шуметь, приблизился к окну гостевой комнаты. Окно открыто внутрь, но закрыто шторами. Была небольшая щелка из-за неплотного прилегания шторы к открытой раме. Но в неё мало что было видно. Ночник светил хорошо, но сектор обзора ... был неудачен. А вот слышно было неплохо. Но любовники говорили очень тихо, Люда же пообещала не громко кричать, поэтому до меня доходили только обрывки фраз.
Да, спит... Крепко... Прекрасна... Соскучилась по нему... Всё это перемежалось возней и сопением. И
