выкриками разогнавший похотливых солдатиков. «Покайфовали, и хватит!» — сказал он, оставшись с женщинами наедине, если не считать пресловутого охранника с винтовкой, которому, похоже, на все на свете, включая секс, было плевать.
С собой командир принес раскладной стул, на который и уселся, расстегивая брюки.
— Если вы думали, что моей солдатней все кончится, то вы ошибались. Давайте-ка, порадуйте моего дружка. Обе.
Покорные женщины подползли к мужчине и принялись за возбужденный орган. Лиз, чуть потеснив Муну, принялась ласкать яички губами и язычком, а Мелисса заглотила длинный ствол его пениса и принялась двигать головой вверх-вниз. Довоьный действиями подневольных шлюх, командир расслабился и позволил женщинам делать свое дело.
Иногда Муна выпускала член изо рта и проводила языком по всей длине, от головки до уздечки, чувствуя, как рядом старательно вылизывает яички рыжеволосая. Наконец, та заняла место соседки, почти грубо оттолкнув ту в сторону. Сместившись к яйцам мужчины, Муна сумела сделать то, чего ей так хотелось в периоды облизывания члена этого эгоиста Фила. Она пропустила руку меж своих ног и принялась ласкать себя, восполняя незавершенность секса с не менее эгоистичными, чем Фил, солдатами.
Тем временем солдат невольно млел от умелых ласк двух женщин. Его старательно вылизанные яички и готовый излиться член чувствовали себя превосходно. Он подумал о том, как хорошо будет потрахать этих двух сейчас, а потом, возможно, полковник не будет против, если к взятым в плен будут захаживать истосковавшиеся по ласке визитеры. Главное, что ни в коем случае не мог он пожаловаться на службу. Азарт, товарищи, да и пиздятинка свежая как раз подвалила...
От таких довольных размышлений естество командира ускорилось, и он бурно кончил прямо в лица порно трудящимся женщинам. Блаженно охнув, мужчина посмотрел на заляпанные его спермой очаровательные мордашки и произнес:
— Вам, девчонки, очень повезло. Вас мы пока не убьем. А теперь оближите-ка друг дружку, вам не идет этот макияж, ха-ха.
Послушные Муна и Лиз, нисколько не смущаясь, принялись слизывать розовыми язычками вязкую сероватую жидкость с лиц одна у другой.
Тем временем в комнате отдыха часовой, приставленный к сортиру с двумя пленниками, откровенно завидовал более удачливым сослуживцам, наверняка сейчас дравшим этих колониальных шлюх во все дыры.
«Ох, какие эти телочки, наверное, сладкие!» — думал он. — «А я тут сиди. Хоть этих двоих задротов трахай, честное слово!»
Он не знал, что в это время в узком и тесном пространстве сортира Фил Нунар с удивлением смотрел на своего товарища по несчастью. Кун почему-то не впал в истерику и не выглядел испуганной жабой, надетой известным местом на соломинку. Напротив, он даже не дрожал в отличие от Фила, сотрясавшего стены дрожанием своего мускулистого торса.
— Вот так так... — прошептал кун минут через двадцать гробового молчания и слушания всхлипов и испуганных причитаний Нунара. Затем механик начал выделывать весьма странные вещи. Он изогнулся, поднимая скованные наручниками запястья над головой, уселся на унитаз, оттесняя Фила к двери, и ловко уперся ногой в нечищеном ботинке в стальную полоску, соединявшую кольца его оков.
— Знаешь, Фил, в чем прелесть имперских технологий? — произнес он. — В том, что они всегда являются развитием более старых технологий. А те в свою очередь повторяют еще более старые. И так далее. К чему это я? К тому, что взломать новейшие наручники имперцев не так уж сложно, если ломал их старую модель. Ибо при всех новых достоинствах остается старая слабость...
Технарь изогнулся подобно индийскому йогу и почти уперся подбородком в носок своего ботинка. Он высунул язык и зачем-то потянулся его кончиком к наручникам. Дальнейшего Фил не понял, но наручники Куна вдруг свернули водопадом
