— Вот уж кого не ожидала тут увидеть, — рассеяно улыбнулась она парню, расплатившемуся за ее виски. Он, дружески приобнял девушку, — Аналогично. Ты как здесь? — он уселся напротив и продолжил ее рассматривать, как бы все еще удивляясь ее присутствию. Она всегда была хороша, но если раньше он видел перед собой гордячку-одноклассницу, то сейчас перед ним сидела женщина.
— Я здесь скрасить скучный субботний вечер, поможешь?
— Я с удовольствием, — улыбнулся он
— Ты только не смейся над тем, что я сейчас скажу, я пьяна и мне простительно, хорошо? — девушка смущенно покручивала отделившийся локон волос и искоса лукаво поглядывала на давнего друга
— Говори, я заинтригован, — Алексей очень старательно сделал заинтересованный вид, так что оба покатились со смеху — она от его вида, а он оттого что ей смешно.
— Ты... — девушка подняла взгляд и встретившись с его глазами снова рассмеялась, — ты ведь был моей первой любовью, — выговорила наконец она собравшись с силами, и став совершенно серьезной спросила, — ты знал?
— Да...
Ей на мгновение показалось, что он смутился. Но парень быстро реабилитировался с помощью медленного танца. Конечно они оба знали, что когда-то были влюблены друг в друга. Глупое подростковое чувство — влечения и страха отказа. Она часто его вспоминала, и сейчас, будучи в его объятьях, ей вспомнилось как она перед сном когда-то думала о нем, представляла его рядом и нежно прижималась к подушке. Да, это было давно.
С того самого момента, как она увидела его этим вечером, ее мучал лишь один вопрос — стоит или не стоит. Все эти заигрывания и разговорчики с ее стороны, и взгляд с поволокой и легкие улыбочки — все на автомате. Лиза уже давно рассталась с парнем, и с тех пор так и не нашла претендента на роль «клина», а ее бывший одноклассник, влюбленный в нее когда-то, и, к тому же, еще в школьные годы прослывший местным «казановой» отлично подходил на эту роль. Не хватало решительности, смелости. У нее всегда были лишь серьезные отношения с мужчинами, и, хоть она и убедила сама себя, что соблазняют не ее, а она, и это она хочет просто отвлечься, все равно боялась ощутить себя потом использованной и разочарованной, а в данном случае, еще и лишиться светлого воспоминания юности. Музыка сменилась на быструю, и Алексей, нежно обняв ее за талию, увлек за собой к выходу.
Они прогуливались по улице и он что-то ей увлеченно рассказывал о своей работе, неизвестных ей друзьях и женщинах, она иногда заинтересованно включалась в разговор, и старалась не пропускать его шутки мимо ушей, чтоб не обидеть. Потом вдруг, как будто собравшись с силами повернулась к нему, и заглянув прямо в глаза тихо спросила, — А ты один живешь?
Последовала короткая и неприятная для обоих пауза, для нее — потому что она впервые была в подобной ситуации и лишь выглядела смелой и непринужденной, а для него — потому что он укорял себя за то, что уже пол часа не мог решиться пригласить ее к себе. «Это же она, — думал он, — это же девушка, к которой я когда-то и подойти не смел. Это же девушка над которой я посмеивался в школе, желая хоть чем-то привлечь ее внимание. И за которую я заступался... это она... она! и она не прочь зайти ко мне в гости, а я мнусь как идиот!» все это за мгновения проносилось в его голове. Но это была лишь та часть остаточных подростковых воспоминаний и страхов, другая его часть страстно желала получить ее сегодня, во что бы то ни стало, и не оставляла места подобной меланхолии. Он решил быть с ней по возможности честным, чтоб не обидеть и дать ей возможность выбора.
— Да, я хотел тебя пригласить, но подумал что ты сочтешь это за грубость, — его лицо сделалось серьезным и даже несколько пасмурным, впервые за весь вечер, — Я меньше всего хотел бы тебя чем-то обидеть и больше всего хочу, чтоб ты сейчас осталась со мной... я бы добавил на чашечку чая, если тебя
