в коем случае не должен упустить эту женщину.
Я пригласил ее в гости и через час уже снимал ее маленькие босоножки у себя в коридоре, привстав на колено. Она одернула ногу, когда я задержал свою руку на лодыжке и поцеловал пальчики через вуаль нейлона. Я посмотрел ей в глаза и, не говоря ни слова, нагло просунул руку ей между ног, проводя по кружевной полоске чулка и шелку полупрозрачных трусиков, от чего она вздрогнула и попыталась свести ноги. Я поднялся и приблизился вплотную, а она рукой попыталась отстраниться от меня, но не смогла устоять под моим натиском.
Я резко прижал ее к стене. Карина издала легкий стон и прогнулась, как дикая рысь перед прыжком, но мои объятья были столь сильны, что у нее не было шансов освободиться из моих «оков». Моя рука настойчиво ласкала ее разгоряченную промежность, трусики сильно увлажнились. Просунув палец под резинку трусиков, я провел по влажным губкам. Я понюхал пальцы, аромат, который она источала, вызвал во мне звериный инстинкт и я почувствовал, как мой член налился. Я, резким движением взяв ее за запястья, поднял руки вверх и впился в ее пухлые влажные губы. Она начала кусаться и сопротивляться, пытаясь вырваться, словно проверяя меня на прочность.
Я не ослаблял хватку, а ее строптивость только сильней распаляла меня. Через какое-то мгновение, я почувствовал ответную реакцию, очень бурную и страстную, словно она покорилась и поддержала мою игру. Она изгибалась, призывая меня. Ее сущность словно обнажилась, в ее глазах я увидел огонь. Я горел непреодолимым желанием погрузить свой член в ее нежную горячую плоть. Я расстегнул молнию джинсов, и мой возбужденный член вырвался наружу, головка обнажилась. Быстрым движением я задрал ей платье и сорвал с нее трусики, взяв ее за ягодицы, вошел в нее на всю длину. Карина приоткрыла рот и часто задышала, глаза ее заблестели, на лбу выступили капельки пота.
Ее острые ноготки впились мне в плечи. Я ритмично двигал ее, насаживая все сильнее и сильнее, дыхание стало прерывистым. Карина настолько завелась и увлажнилась, словно сочный райский фрукт, истекая сладостным соком. Грудь вздымалась, а соски набухли и выпирали через тонкую ткань платья. Ее каблучки воткнулись мне в икры, но я уже не обращал внимания на это покалывание. Я как зверь, с каждым толчком издавая рык, чувствовал свой победный апогей. Карина задрожала и начала двигать бедрами более ритмично, прижимаясь ко мне с такой силой. Ее стоны уже перешли в хрип. Мы, не отрываясь, смотрели друг другу в глаза.
Я увидел, как у нее блеснула капелька слюны в углу приоткрытых губ. Мой мокрый, от ее сока, член, то выходя из ее киски, то снова погружаясь, уже готов был извергнуть сперму. Еще минута и Карина, со словами: «Боже, Макс! Макс!», кончила, хаотично двигая бедрами. Я не смог удержаться, чувствуя ритмичные сокращения ее киски на своем члене и быстрым рывком, сильно насадил ее, извергая горячую сперму в ее лоно, наполненное соком сладостного оргазма. Она обмякла в моих объятьях и прикрыла в истоме глаза, но сердце продолжало, бешено колотиться. В воздухе стоял запах секса. Сперма, смешанная с ее соком стекала по ляжкам.
Я отнес Карину в душ, а потом в спальню. Она уснула, раскидав свои локоны на подушке, а я еще долго смотрел на ее лицо, освещенное светом луны.
Проснувшись утром, я понял, что Карина ушла. Я уткнулся в подушку, которая пахла тонким ароматом ее сладких еле уловимых духов. Под подушкой я нащупал шелковые трусики. Понюхав их, передо мной всплыла картина прошедшей незабываемой ночи. Я потянулся, встал с постели и подошел к столу. Включил компьютер и, открыв свой недописанный роман, набрал на клавиатуре название новой главы: «КАРИНА».
