оргазма. Юленька упала на пол, я свалилась сверху.
Мы сначала лежали без движения, потом я начала гладить и целовать её изумительные спину и попку, и впервые добралась-таки до её бутона. Блин, сколько мы с ней трахались, я только сейчас смогла её распробовать. Очень её вкус мне понравился — сладенький такой, с кислинкой. Тоже век бы лизала такую вкуснотищу. Но я всё-таки вернулась к анусу, стала вылизывать и засунула в дырочку пальчик. Мои игры язычком очень возбудили Юлечку, но, тем не менее, он запротестовала:
— Катенька, не нужно там! Не надо, Катюша, я прошу тебя!
— Молчать! — я шлёпнула её по заднице.
Рыжая замолчала и лишь стонала на движения в её попе. Я достала крем, обильно смазала её дырочку и опять начала вводить пальчики. Потом поставила её на колени и принялась медленно вво-дить страпон. Юленьке было больновато, но она лишь слегка постанывала, обильно смазанный анус хорошо принимал фаллос. Введя член полностью, я принялась ритмично двигаться её попке, заодно тиская её груди и теребя соски. Постепенно стоны Юли перешли от болезненных в сладострастные, она принялась подмахивать, вращая бёдрами. Для пущего эффекта я достала вибратор и приложила к её клитору. Юлю словно разрядом тока пробило! Такого оргазма я ещё не видела! Она каталась по полу, дико вереща при этом. Лишь через несколько минут она успокоилась. Я с испугом на неё глядела.
Встав на колени, Юля привлекла меня к себе, и мы слились в страстном поцелуе. Я сидела у неё на коленях, и мы как обезумевшие целовались.
— Боже, — только и смогла сказать Юленька, когда мы смогли оторваться друг от друга. — Такого кайфа у меня никогда не было!
— Думаю, не последний раз, — сказала я, проводя пальчиком по её бровям, носу, скулам и целуя эти места. — А теперь, милая, трахни меня!
Я надела на Юлю страпон и легла животом на стол. Дразнясь, Юленька провела головкой члена несколько раз по моим губкам, а потом одним толчком вошла мою дырочку. Она оказалась узковата, и меня пронзила сильная боль. Но Юля, не останавливаясь, начала долбить меня. И постепенно боль сменилась наслаждением. Закончила я с дикими воплями. Обхватив девушку руками и ногами, я принялась страстно целовать её. Юленька отвечала с ещё большей страстью. Не скоро мы успокоились.
— А ты всё-таки, Катюша, изрядная свинка, — обвиняющим тоном сказала Юля.
Мы, обнявшись, лежали на столе.
— То есть? — изумилась я.
— Я ждала, что ты подойдёшь ещё в первый день, а ты целую неделю вокруг крутилась, пока решилась подойти.
Мдя, вот тебе и незаметно...
— Ну откуда, моя прелесть, я могла знать, что ты меня жаждешь? — возразила я. — У тебя на лице было не больше чувств, чем у мраморной статуи!!
— Извини, — Юлечка меня поцеловала, — просто защитная маска. А я так мечтала о нашей первой ночи любви: полумрак, горящие свечи, кровать и мы, в объятьях друг друга...
— А вместо этого бешеный трах в библиотеке! — со смехом сказала я. — Кстати, о кровати. Предлагаю пойти ко мне и там продолжить. Будет и кровать, и свечи, и камин, и вино. И само собой жаркие объятия.
Я принялась её одевать, шлёпая её по рукам всякий раз, когда она пыталась помочь.
— А твои родители что скажут? — удивилась Юля, покорно принимая процесс своего одевания.
— Папашке всё равно, — с усмешкой сказала я. — Он крутой бизнесмен и всё время в разъездах. А маман бросила нас, когда мне было два года. Ей хотелось красивой жизни и всего сразу. Сейчас она жена какого-то немецкого барона. Теперь Юлечка одевала меня. И у меня есть братик с сестричкой. А так я сама себе хозяйка.
Юля заперла библиотеку, мы жарко поцеловались и, обнявшись, пошли ко мне, благо, было недалеко. Нас ждала романтическая ночь, полная любви и страсти.
