нормально все твоей блядью! Смотри, как надо ее в чувство приводить! — и, пошлепав Таньку по щекам, просунула в ее рот тот самый двусторонний резиновый хуй, которым мы с женой ебались в начале. Танька сразу очнулась, открыла бешеные глаза, схватилась за хуй, широко раздвинула ляжки, заткнула один его конец себе в пизду и начала бешено им дрочить. Даже прищепки не сняла. Потом согнула его, и другой конец заправила себе в жопу и еще ускорила движения. Я видел, что моя жена сейчас нихуя не соображает и кончает не переставая. В пизде у нее хлюпало и пердело, а сама она тихо поскуливала. — Ну вот видишь! Лучше, чем нашатырь. — и заржала. — Ладно. Пусть дрочит пока.
— Ты знаешь, милая, я кажется уже наебался. — сказал наш Господин. — Может пошли еще ебнем по 100?
— Я согласна. Я уже тоже заебалась пиздить этих тварей. Пошли. Только пидора с собой заберем, пусть он нам под столом пососет-полижет.
И меня на карачках за поводок поволокли в кухню. Хозяева уселись на большой накрытый стол, а меня загнали под стол. Там я сразу начал свою работу. Пока хозяева выпивали, закусывали и обсуждали своих новых рабов, я то сосал полувставший хуй хозяина, но лизал пиздищу Госпожи. Меня постоянно пинали ногами. Хозяева уже и не думали кончать, хозяйский хуй даже не встал толком, хотя я его обрабатывал со всем своим умением. Из комнаты иногда раздавались стоны моей жены, видимо, она дрочила там не переставая. Когда хозяева выпили и закусили, мы вернулись обратно в комнату и застали там охуенную картину: пока нас не было, Танька умудрилась подвесить себя за сиськи. Она сняла прищепки с пизды и перецепила их на соски, продела через прищепки один конец веревки, свисавшей с крюка, а другой конец, сильно натянув, привязала себе к ошейнику. Причем натянула так сильно, что стоять могла только на цыпочках. Если хоть немного опускалась, но сиськи натягивались, что приносило ей сильную боль. Руками Танька ебала себя в жопу тем самым здоровенным силиконовым ротохуем, которым недавно хозяйка ебала мою голову. Танька нихуя вокруг не замечала, а только тихо постанывала, опускаясь и понимаясь, натягивая и ослабляя натяжение сисек, и долбила свою жопу.
— Нихуя себе картина! — воскликнула хозяйка.
— Ну блядь и тварь конченная! — удивился хозяин.
Я тоже порядком охуел от увиденного.
— Нет блядь, удовольствия на сегодня закончены. — поставил точку хозяин. — Пидор, иди сними свою женушку-поблядушку.
Я подполз к Таньке, отвязал веревку, вырвал у нее из рук силиконовый хуй, который она не хотела отдавать, снял с нее прищепки и мы вместе встали на колени перед нашими Господами в ожидании новых приказов. Нас потащили за поводки и повели в ванну. Танька все еще хуево соображала и по дороге пыталась то схватить меня за хуй, то дотянуться губами до хозяйского хуя, за что получила увесистую оплеуху от хозяйки и пенделя от хозяина. Нам приказали залезть в ванну, что мы немедленно и сделали, прижавшись друг к другу. Хозяева стали на бортики ванны и нависли над нами.
— Ну что, рабы? Пора вас пометить? — смеясь спросила хозяйка.
— Правильно, милая. Раб должен вонять сцулями своего Господина. — и они вместе начали сцать на нас, стараясь попасть струями в лицо. Пока они сцали и смеялись, горячая моча, льющаяся на лицо, начала приводить в чувство мою жену. И она вдруг потянулась ко мне губами, поцеловала в засос и прижалась ко мне насколько позволяла ванна. Мы целовались и любили друг друга под струями мочи наших новых хозяев.
Когда моча иссякла, хозяева спрыгнули с ванны и за поводки поволокли нас в прихожую.
— Все, представление окончено, можете пиздовать. — сказала хозяйка. — Но напоследок нужно выполнить ритуал. Вы должны поблагодарить нас и полизать нам жопы. Начинайте.
Мы с Танькой не сговариваясь начали целовать ноги свих
