шлепнула ее ладошкой по свободной сиське и приказала стоять ровно. Танька зашипела от боли и продолжила: — Я его ебала и в сраку и в ебальник страпоном. А настоящий хуй он первый раз сосет.
— Пизда ты тупая! — хозяйка залепила Таньке оплеуху и рванула поводок, заставив мою жену наклониться. — Стой так! — Танька стояла согнувшись и отставив жопу. — Пока не ебали реальным хуем, значит — целка.
— В рот уже не целка, — засмеялся хозяин, насаживая меня на свой хуй. — Хорошо сосет пидор, хорошая школа. Но пора засадить в пердильник этой самке! — с этими словами от оттолкнул меня, вытащил пробку с хвостом из Танькиной сраки, вставил мне ее в рот и резко засадил свой хуй Таньке в жопу сразу на всю немаленькую длину. Танька моментально начала кончать. — Ах ты тварь! Кто разрешил кончать блядине? Милая, — обратился он к своей жене, — отпизди эту суку, пока я ее ебу в сраку!
— Да, дорогой! Эта паскуда совсем страх потеряла! — и начала лупить мою жену ладошками по ебалу, по сиськам, что под руку попадало. А хозяин, насаживая Танькину жопу на свой хуй, лупил ее по сраке.
Я стоял на коленях в метре от всей этой картины и наблюдал, как мою жену ебут в сраку и пиздят тетка с необъятной жопой и ее муж, — наши новые хозяева. А Танька визжала и стонала от кайфа, ее сиськи и ляжки в чулках тряслись, в жопе, которую она растягивала руками, двигался хуй хозяина. У меня просто срывало башню от возбуждения. Хозяйка заметила мое охуевшее ебало с размазанной помадой и рявкнула:
— Хули таращишься, пидор? — и залепила мне пощечину, — Тащишься, когда твою женушку-трехстволку ебут и пиздят? Отвечай, хуесос!
— Дда, Госпожа, нравится... — кое-как промычал я, не вынимая Танькину пробку с хвостом изо рта.
— Милый, посмотри на это уебище! — обратилась хозяйка к своему мужу, — Стоит на коленях в чулках, с размалеванным еблом, с хвостами во всех дырах, у него на глазах ебут и чмырят жену, а он чуть не кончает от этого!
— Да уж... — прокряхтел хозяин, не прекращая долбить Танькину сраку. — Пидор есть пидор. Растяни ему пошире ебальник, я сейчас туда кончу.
Хозяйка подошла ко мне сзади, потрясая своими огромными булками, достала у меня изо рта Танькину пробку с хвостом, и всунула мне в рот пальцы. Потом растянула мой рот и направила в сторону Танькиной сраки, в которой орудовал хозяйский поршень.
— Давай, дорогой! Спермоприемник готов!
Хозяин ускорил темп, и через минуту выдернул с хлопком хуй из Танькиной сраки и резко вставил мне его в растянутый рот почти по самые яйца, не обращая внимание на то, что я не мог дышать. Хозяйка задвигала моей головой, как бы выдрачивая моим горлом хуй своего мужа, и приговаривала: «Глубже, глубже... Из сраки жены прямо в блядский рот...». Я почувствовал, как хуй напрягся и начал выплескивать порции горячей малофьи прямо мне в горло. Мне ничего не оставалось, как глотать вязкую пряную жижу. Краем глаза я заметил Танькины охуевшие глаза: у нее от всей этой ситуации срывало башню. Меня тоже аж колотило, ведь я еще ни разу не кончил. А трогать свой хуй без разрешения не решался. Наконец напор спермы спал, и я тщательно обсосал и вылизал хозяйский хуй. Хозяин отошел от нас и развалился в большом мягком кресле.
— Заебись нам рабы попались... — сказал он. — Рабочие дырки. Но ты, дорогая, так и не кончила еще? — спросил он у своей жены.
— Ничего милый... Сейчас мне эти бляди языками отполируют мои дырочки. Так! Пизда лижет пизду, Жопа лижет жопу! — приказала ... она нам и расставила толстенные ляжки, выставив напоказ большую бритую пиздищу с мясистыми мокрыми губами.
Танька, до сих пор стоявшая в той же наклонной позе, в которой оставил ее хозяин, быстренько бухнулась на жопу и, утопив ебальник между хозяйскими ляжками, впилась ртом в пизду. Я руками развел в
