Ночь опустилась на притихший лес. Лунный свет высеребрил узкую извилистую тропинку. Мягкая трава нежно и немного щекотно касалась босых ног. Девушка медленно и, в общем-то, бесцельно шла, принимая предложение Луны. Тропка вильнула и вывела к озеру, заманчиво мерцавшему темной водой.
Быстрый вдох терпкого пьянящего воздуха — и девушка сняла кожаную куртку. Следом последовали высоко подвернутые штаны, и, оставшись лишь в нательной рубашке до середины бедра, девушка шагнула в озеро.
Вода обожгла словно лед, но мгновением позже кровь согрелась, и девушке стало даже жарко.
— Лаулин? — окликнул ее хриплый голос.
Она испуганно обернулась: на берегу смутно виднелась орочья фигура — и облегченно выдохнула, узнав говорившего.
— Ренрог, ты напугал меня, — улыбнулась она, выходя из воды.
— Прости... Стемнело, нам пора идти...
— Да, конечно, — ответила Лаулин, выжимая волосы. Она собрала одежду в охапку и пошла обратно по тропе, за ней тихо следовал орк. Девушка задумалась о своем необычном спутнике... Его отцом был орк, а матерью стала человеческая дева... Ренрог говорил, что по ее воле...
Они подошли к костру, ярко горевшему в темноте... Лаулин замерзла: ночной воздух не подходит для прогулок в мокрой рубашке, ее забила дрожь.
— Тебе холодно? — обеспокоено спросил орк, — Погоди... Вот, сядь у костра, — он протянул ей одеяло, достав его из мешка.
— Спасибо, — улыбнулась девушка. — Рен, почему ты меня избегаешь? — спросила она, заметив, что он сел рядом, но, как обычно, не касаясь.
— Ты мне нравишься, — последовал быстрый ответ. Но Лаулин эта краткость не провела, она видела, что орк смущен.
— И? Где тогда логика? — спросила она.
— Не вынуждай меня озвучивать то, о чем даже думать больно, — попросил Ренрог.
— Рен... Не обижай меня такими мыслями, — она подвинулась к нему и взяла его за руку... Черно-зеленая когтистая и светлая гладкая ладони соприкоснулись, по телам пробежал электрический разряд.
— Я... — начал было орк, пытаясь освободить руку...
— Нет, — перебила его Лаулин, — ничего не говори...
Она расстегнула на нем куртку, так похожую на ее собственную, потом настал черед рубахи, посеревшей от многочисленных стирок... Орк в свою очередь осторожно стянул с нее мокрую рубашку... Его руки заскользили по ее все еще холодной спине... Она обняла его, тесно прижалась, ее грудь острыми сосками касалась обнаженной кожи орка... Их губы слились в бесконечном поцелуе, нежный девичий язык гладил острые клыки, а руки обрели самостоятельность, продолжая снимать немногую оставшуюся одежду... Девушка бедрами почувствовала огромный член орка...
— Лау, ты уверена?... — тихо шепнул ей орк...
Та без слов перевернулась на спину, притянув его к себе... Орк медленно начал входить в нее... Слишком медленно. Было больно, но Лау изогнулась навстречу его горячему телу... Острая боль в прощание девичеству благодаря смазке и крови сменилась таким же острым удовольствием... Горячий член заполнил все ее существо, губы вновь слились в жарком поцелуе... Но долго дикий танец любви не продлился: тело Рена свело судорогой и он кончил, оцарапав когтями ее спину... Почувствовав его огненное семя, Лау достигла пика наслаждения и провалилась в истому...
— Лау? — вернул ее на землю низкий голос орка...
— Рен... Я давно люблю тебя... — прошептала она ему, видя отражение своих каре-зеленых глаз в его черных раскосых и счастливо блестящих...
