глубже всадить своего монстра в меня, но он и так сидел по самые яйца. Все тело Олега пронизывали сладостные судороги, и с каждой судорогой он стремился проникнуть в меня глубже и глубже, как будто хотел проткнуть меня насквозь и каждый его толчок заканчивался очередной порцией горячей спермы извергавшейся в мою истерзанную попку. О боже да сколько же её в нем, мне казалось, что этот гейзер во мне не иссякнет никогда. Но вот Олег наконец то успокоился, отпустил мою грудь и как бы нехотя очень медленно вышел из меня, в момент когда он полностью вынул своего начинающего опадать монстра моя попка хлюпнула и я ощутила что-то теплое и влажное стекающее сначала по промежности а потом и по бедрам.
— Эх, хороша сучка, если надумаешь продолжить шепни мне, а я пойду пока прилягу.
Прошептал мне Олег, вытер полотенцем своего монстра, одел трусы и ушел с кухни. Я стояла, боясь пошевелиться, попка нестерпимо горела от боли, по ногам текла липкая сперма. Надо было что то делать, на часах было пол третьего ночи, оставаться не хотелось, Олег мог захотеть повторить, а моя попка подобного не выдержала бы еще раз и я решила ехать домой. Кое-как размазав сперму по чулкам, и вытерев промежность валявшимся полотенцем, я пошла в ванну, ноги подкашивались, острая боль пронзала все тело с каждым шагом. Хорошо еще, что на полотенце не было крови, значит попка целая, а то я уже готовилась к худшему. Еле доковыляв до ванной, я посмотрела на себя в зеркало, да хороша красавица, все лицо было перемазано тушью и кровью с прокушенной губы вперемешку со слезами.
Я умылась, сняла макияж найденным на полочке Любкиным кремом и еще раз умылась холодной водой. Прокушенная губа слегка припухла, но кровь уже остановилась. Желание принять ванну было огромным, но находиться в этой квартире мне больше не хотелось и я решила, что обмоюсь дома. Я расчесалась, подтянула чулки, поправила трусики и платье и вышла в коридор. Опершись о стену с огромным трудом одела сапоги на большущей шпильке и угораздило меня их сегодня одеть, идти в них с раздолбанным и горящим от боли очком будет ох как не легко. Накинув полушубок и забрав с кухни сумочку, я выключила везде свет и открыла дверь.
Пошатываясь, я вышла из квартиры, захлопнула за собой дверь и вызвала лифт. Каждый шаг вызывал острую боль в попке, узкая полоска стрингов легко проскользнула мне между ягодиц, во влажную промежность и теперь касаясь входа в мою опухшую дырочку, доставляла мне острую боль при каждом шаге. Вдруг что-то внутри меня заурчало, я попыталась напрячь мышцы ануса, но они не слушались, лишь очередной приступ боли пронзил мое тело. Лифт, наконец-то приехал и я, очень осторожно напрягая из последних сил ягодицы стараясь хоть как то удержать в себе все, что в меня спустил Олег, зашла в него. Нажала первый этаж и в изнеможении облокотилась о стенку лифта. В этот момент, когда мне казалось что я таки смогла сдержать очередной приступ, моя истерзанная попка предательски хлюпнула, и я ощутила, как очередная порция густой скользкой спермы выплеснулась мне между ягодиц.
Боже мой, да сколько же он в меня кончил, я была в отчаянии, как я доберусь до дома на другой конец города. Выплеснувшаяся из меня сперма тем временем стекала с ягодиц по всей промежности и дальше по бедрам, густая капля мутной жидкости на правом бедре достигла уже колена. Лифт остановился на первом этаже, и я вышла. Треклятые стринги опять напомнили о себе острой болью между ягодиц. Черт побери, уже взрослая деваха, а все бегаю в стрингах и чулках, да будь на мне в этот вечер слипы и колготки, все было бы намного легче — проклинала я себя. Но, тем не менее, все было так как было и мне надо было добираться через весь город в три часа ночи с раздолбанным очком и залитыми спермой ляжками.
Облокотившись о стену, я стянула с себя ненавистные стринги все мокрые и липкие от спермы. Порывшись в
