стонами. Я зажимал ей рот (это ночью здесь никого нет, а днём может и хозяйка зайти, да и отдыхающие с основного двора, бывало, ходили в наш душ, когда их был занят), но это не помогало. Когда всё закончилось, была выпита последняя капля нектара, вытерта Ленкина спина, жена повернулась ко мне, и чмокнула меня в губы.
— Ты у меня прелесть! Ты подарил мне такую ночь! — она мечтательно прикрыла глаза, — Спасибо!
Жена встала, накинула халатик и направилась в душ, но уже через пару секунд вернулась.
— Ты представляешь, их нет, — она выглядела огорчённой.
— Да не расстраивайся, вечером обязательно дождёмся их и познакомимся!
— Их вообще нет, и вещей тоже! — только вот, — Ленка протянула мне открытку и маленькую нэцкэ, вырезанную из кости. Статуэтка изображала стоящую раком женщину, которую сзади и в рот трахали два мужика. В открытке было написано: «Ребята, вы — чудо! Спасибо вам! А это на память». И всё. Ни телефонов, ни адресов.
— Ещё не всё потеряно, спросим у хозяйки, может она знает! — не могу видеть жену расстроенной. Но хозяйка тоже ничего не знала о наших соседях. Сначала заволновавшись, что у нас что-то пропало, узнав, что это не так, сразу успокоилась.
— Да они к соседке лет десять уже приезжают, а она уехала, сестра у неё в аварию попала. Вот я их и приютила. А откуда они, их же не спросишь, глухонемые. Вроде с Сибири или с севера. Соседка может и знает, а я...
— Да какие же они глухонемые, слышат то они прекрасно! Немые просто!
— А по мне всё одно, глухие, немые, всё равно не поговорить.
Оставив хозяйке свои координаты и выбив с неё обещание сообщить нам, если что-нибудь узнает у соседки, когда та вернётся, хотя и слабо надеясь на это, мы направились на пляж. Ходить Ленке было больно, поэтому три следующих дня мы просто валялись на самом ближнем от дома пляже. Давая возможность подзажить Ленкиной киске, я старался не беспокоить её. Жена же, не давая моим яйцам лопнуть, радовала меня великолепным минетом. В разговорах мы частенько возвращались к событиям той ночи, и я видел, как это заводит жену.
P. S. Мы едем домой в купейном вагоне. Ночь. В купе мы вдвоём, повезло, соседей нет. Ленка лежит совершенно голая, томно раскинувшись на полке, переживая недавний секс. Я любуюсь её обнаженным телом, раскрасневшимся лицом, горящими глазами. У неё приближаются месячные, а в эти дни она особенно горяча. Она поворачивает лицо ко мне.
— Серёж, знаешь, я в сексшопе видела... такой большой... , ну огромный просто... , давай купим... на память... , так... , иногда... , — и она краснеет ещё больше.
