порядок. Забавное зрелище — одна сучка у другой на страпоне.Стук в дверь. — Да, водите. — Славик, ты за ключами пришел? Как ты вовремя. Тебе посмотреть илипоучаствовать? Снимай штаны и дрочи. Да, на него, что в первый раз, что ли. Я подержу ему рот. — Ты быстро сегодня, что «девочка» понравилась? Да, в стрингах у девочки сюрприз. Возбуждает тебя, да Славик? — Слизывай с губ сперму, сучка, такой у тебя сегодня деловой ланч. Вкусно? — Да, — отвечает раскрасневшаяся сучка. Вся растрепаная, с потекшей тушью, старательно высовывает язык и собирает остатки спермы вокруг рта. Губы воспалены от веревки, растерты, щиплет, но старается. Старается девочка, вот теперь поиграем.За что она так со мной?! Сука! Тварь! Ненавижу! Садистка! Холодная фригидная стерва! Она еще не знает, с кем связалась! Я ей устрою! А эти — «сотрудники — подчиненные»! Может вызвать полицию, сдать все это кодло! Так, наверняка, она и их пользует! Ну не поверю, что я единственная жертва и никто ничего не знает! Она не боится, да?! Она просто еще не знает, с кем ей посчастливилось встретиться! Я ей устрою! Остальные просто, мразь, шестерки. Она! Она виновата во всем! Дрянь! Гадина. Старая недотраханная сука. Она виновата. — Лара, вытащи уже страпон из нее. — Еще хочешь или наелся уже? Понятно. Лара позови тех «двоих из ларца», двоих. Хватит с нее на сегодня, а то перекормим. — Мальчики, стали по бокам от нее и на раз, два, три дружненько дрочим. Какой слаженный коллектив, правда, сучка? — Да. — Ты ведь хотела влиться в нашу семью? — Да. — Вот и спрема подоспела — мальчики, кончайте! Шире рот, вот так, я держу. Какой коктейль! Ты сегодня именниница, сучка. — А теперь все оделись и пошли вон. Быстро. — Фух! как же надышали, — открываю окно. А, да, еще же развязать нужно. — Собрала материал для рассказа, да? — Да. — Одевайся. Поправь лицо, «припудри носик».Меня трясет! Лицо горит! Хоть бы водитель не поворачивался! Не надо на меня смотреть! Не видьте меня никто! Я же еще и в косметике... был. На что я похож сейчас! Не могу сам к себе прикоснуться! Грязный и гадкий, чужой. Хорошо, что темнеет рано. Пойду домой по лестнице, в лифте не поеду. Кажется, даже стены подъезда знают, что я теперь и кто. Все всё знают, по запаху чувствуют, по затравленному взгляду, который я отвожу. Не видьте меня! Не заговаривайте со мной! Не прикасайтесь ко мне! Не... Не... Не... — Да, слушаю. С кем я говорю? — Завтра к восьми, на работу. Не опаздывать, — положила трубку.
