В тверской области много полузаброшенных небольших из четырех — пяти изб деревенек. В одной из таких, у наших знакомых друзей, умерла бабушка, и им достался небольшой домик. Они стали использовать его как дачу и как-то пригласили нас с Наташкой в гости на время отпуска. Наташка — это моя жена. Стройненькая, худенькая высокая девушка с копной волнистых, ниспадающих на плечи вишневых волос. Не долго думая, мы собрали вещи и через четыре часа были на месте. Татьяна и Борис встретили нас радушно.
Первым делом решили ополоснуться с дороги в местной речушке. Одев плавки и купальники, мы вчетвером отправились на речку. Наши жены шли впереди и о чем-то щебетали. Мы Борькой шли за ними отмечали достоинства наших подруг. Обе были в бикини. Трусики-стринги смело демонстрировали аппетитные попки своих хозяек.
В сущности, трусиками они были только спереди, а сзади — три узкие верёвочки, скрепленные на пояснице пластмассовым колечком. Так что сзади, шагов с пятнадцати, можно было подумать, что идут две, совершенно обнаженные, феи. Одна высокая, с водопадом вишнево-красных волос, другая на полголовы ниже с короткой стрижкой. Жгучая брюнетка. Я по таким сохну.
В воде от души дурачились, толкались и, как бы невзначай, лапали жен, особенно не своих. Устав и замерзнув, вышли на берег. Девушки о чем-то пошептались и весело засмеявшись, попросив нас отвернуться. Через некоторое время мы обернулись назад и увидели, что наши дамы загорают без лифчиков. Топ-лесс, что называется. Мы обалденно разинули рты, а Наташа с Таней, довольные произведенным эффектом захихикали. Собственно говоря, там было что показать.
Груди у обоих почти одинакового размера, только у Тани круглее и смотрят в стороны, а Наташины — близко посаженные конусы с торчащими вперед сосками у вершин.
Вернувшись домой, накрыли стол и начали отмечать встречу. Тосты шли один за другим. За встречу, за нас, за здоровье, за дам, за дам, но не вам (смех), за наших соблазнительных жен и их прелести (это уже не совсем трезвые, или наоборот совсем не трезвые). Вскоре девушки ушли спать, а мы остались ещё потрепаться. Стали хвалить достоинства наших женщин, причем каждый говорил о другой. Когда наконец-то допили, и решили идти спать, Борька сказал:
— А пойдем их трахнем. Одновременно.
— Давай, — согласился я.
Здесь я должен сделать два пояснения. Первое. Мы с Борькой очень похожи. Оба высокие, поджарые, русоволосые. Нас иногда за братьев принимают. Второе. Вы когда — нибудь были в безлунную ночь далеко от города. Когда от неба и от фонарей (даже далеких) нет никакой подсветки. Нет? Ну тогда я вам скажу — темень это непроглядная. Плюс к этому, если вы находитесь в доме и в нем все шторы задернуты. Темнота, хоть глаз выколи.
Даже если в темноте вы пробыли уже долго и глаза к ней привыкли, всё равно ничего не видать. И ещё. У Бориса и Тани классическая пятистенка. Мы сидели в прихожей, она же столовая, а за дверью, зал — горница. Там, напротив друг друга стояли два дивана. Один для хозяев, другой для гостей. Так вот. Борька пошел отлить, а я спать. У нас дома с Наташкой диван в зале стоит слева от входа, и я на автопилоте направился на лево. На ощупь еле-еле дополз до дивана, разделся и лег. Потом также на ощупь пробрался Борька, сел на меня и, сказав пардон, пошел на другой диван.
Ошибся, подумал я и полез стаскивать с Наташки ночнушку. Она к моему удивлению не стала упираться, типа мы не дома, неудобно, а просто, помогла мне, подняв сначала попу, потом руки. Затем я стащил с себя трусы и принялся готовить жену к сексу. К моему удивлению она быстро потекла. Я тоже был готов, поэтому раздвинул жене ноги и лег сверху. Она направила моего дружка по назначению и мы поехали навстречу наслаждению.
Когда я ласкал Наташу и входил в неё, мне показалось, что она вроде бы как-то немного поправилась, попа стала чуть шире, бедра чуть
