Тебе нужен только толчок, совсем немного сеансов. Я тебя обучу.
Александр закрыл лицо руками и расхохотался:...
— Вы наверно меня разыгрываете... Точно разыгрываете. Это наверно шоу какое-то. Нашли лоха провинциального, а зритель по телику только обхохатывается. Где здесь камеры?
— Камер в моем кабинете нет. Хотя на фирме они везде, — спокойно сообщил Шевченко, — Я тебя прекрасно понимаю, Алекс. И я бы на твоем месте не поверил. Но это совсем не шутка. И ты моя единственная надежда. Как понимаешь, я уже не сильно молод, хотя жить собираюсь долго. Но мне нужен верный ученик. Честный чистый парень, обладающий таким, как у меня, даром.
— Но почему этот дар до сих пор не проявлялся... Ведь мне уже 25 лет и я жил, точнее существовал, как последний человек на земле.
— Ну, совсем не последний. Я наводил о тебе справки — нормально жил ты в своем Приазовске. Ошибался, метался, кстати, говорят, хорошо писал. А свой настоящий талант ты, сам того не зная, запрятал глубоко в подсознании. И если бы не я, может быть, ты и жил, как прежде. Я же тебе открываю совершенно невиданные высоты. Управлять миром, ты, конечно, не будешь. Но людьми, необходимыми тебе и мне, пожалуйста.
— А куклами, вашими куклами?!
— О, в тебе проснулся интерес к жизни. С нашими девочками хоть сейчас. Ты, правда, видел двух, они специально созданы для офиса. Позже познакомишься с остальными. Так какая тебе больше понравилась, Ирина или Оксана?
Алекс вспомнил холодный взгляд Ирины и сообщил ее имя.
— О, хороший выбор. Она, кстати, еще девственница. Вы наши девочки выходят при производстве такими. А вот, Оксаной, извини, я уже попользовался. Но если хочешь...
— Ирина, — твердо сказал Алекс.
— Хорошо, потом, значит потом. Тем более, зачем торопиться, у тебя ведь такое великое и долгое будущее, — Сергей Анатольевич еще раз похлопал его по плечу.
— Чтобы тебя не смущать, пройдешь в комнату отдыха. Пока твоего образа подчинения в ее памяти нет. Но это дело дня или двух. Но пока она будет слушаться только меня. Я же ей прикажу делать, что ты пожелаешь, — тут Шевченко уставился на Алекса. — Нет, не буду ей ничего приказывать. Пусть просто принесет обед. А попробуй на Ирине свой дар. Заставь ее слушаться.
— Куклы тоже подчиняются гипнозу?
— Мои девочки особенно — Сергей Анатольевич игриво подмигнул Телегину, — Они же почти, как люди. А образ первого хозяина в памяти — это так, на всякий случай. Иди, отдыхай, Ирина сейчас тебе и обед принесет. Перекусишь, как раз.
— А если у меня не получиться и она будет сопротивляться.
— Ну, в этом, кажется, есть какой-то изыск. Не волнуйся, делай с ней, что хочешь. Последствий не будет. Считай эту девушку подарком.
Алекс прошел в смежную комнату, где в уютной обстановке мягкого кожаного дивана и зеркального столика, Сергей Анатольевич предложил ему отдохнуть. Захлопнулась плотная дверь. Алекс оглянулся. Вокруг было очень мило. Камер наблюдения заметно не было. На столике стояла початая бутылка коньяка и два фужера. Явно, Сергей Анатольевич был любителем дорогого бренди.
Через минут десять, когда Алекс чуть ли не задремал, дверь мягко распахнулась и вошла волоокая красавица. Она везла на тележке — подносе бутерброды с икрой, рыбой, копчеными колбасами. Все эти яства были аккуратно сервированы, и довершало это съедобное великолепие блюдо с экзотическими фруктами. Девушка была по-прежнему в форменном деловом пиджаке так очаровательна, как при первой недавней встрече. И тот же вежливо-безучастный холодный взгляд. Алекс даже несколько вспотел не столько от вида очаровательной девушки, сколько от желания обладать ей. Он принял это решение.
— Я вам больше не нужна — вежливо поинтересовалась Ирина.
— Закройте, пожалуйста, дверь, — Алекс глянул на нее и всем своим существом пожелал, чтобы она исполнила его просьбу, — и зайдите в комнату.
У девушки на лице появились эмоции.
