было нужно для подправления одежды, но я на это внимание не обратила. Прижав ваночку к ребрам я пошла дальше по коридору, высматривая десятую палату. Обнаружив ее и подойдя к двери я поняла, что не спросила, какому больному мне надо брить пах. Оглянувшись я увидела, как злая медсестра смотрит на меня. Ничего не оставалось делать, я вошла внутрь...
На мое счастье в палате был только один больной. В больничном полумраке на высокой больничной ортопедической койке, как у Вадика, мирно посапывал мужчина лет тридцати пяти. Я сделала шаг вперед.
— Эй... — я сама не узнала свой голос. — Проснитесь...
Потолкав немного спящего я повторила свою просьбу. Мужчина встрепенулся, шумно перевернулся на спину и открыл глаза. В молчании прошло пару секунд.
— Приятно, когда по ночам меня будит такая милая девушка, — мягким баритоном сказал мужчина. — Чем обязан?
— Я должна вам побрить, — выпалила я и попыталась улыбнуться. — Там. Ну...
— Вы всегда приходите брить «там» в таком халатике?
Я застегнула одну пуговицу.
— Не всегда.
— Только не обижайтесь, ладно? Ну, начинайте...
Мужчина с готовностью отбросил одеяло, лежа согнулся, снял пижамные штаны, а потом и трусы. Я поставила ванночку на тумбочку, взяла в руку бритву и посмотрела туда, где мне предстояло брить. Все уже было выбрито до меня. Я подняла член и оглядела его внимательно со всех сторон. Он был тщательно выбрит, яички тоже, лобок блестел в тусклом ночном освещении. Я должна была побрить пах перед операцией, а вместо этого, полураздетая, стояла в темноте и держала незнакомого мужчину за член, а второй рукой станок. Положение было дурацкое, собственно говоря как и всё, что я делала сегодня.
— Только положите бритву, — шепотом попросил мужчина.
И я положила. Не выпуская из рук члена. Теперь мое положение стало еще более дурацким. Мужчина обхватил мои пальцы на стволе. И я провела рукой вверх-вниз. Сама не знаю почему.
Былое возбуждение быстро вернулось. Было приятно смотреть, как обладатель баритона корчился под движением моей руки. Эрекция была потрясающая. Нехватало чуть влаги. Я прекратила движения рукой, наклонилась, задрала шкурку, взяла в рот головку члена и облизала ее, как чупа-чупс, только солоноватый. Поработав немного головой вверх-вниз я достаточно увлажнила ствол.
Присев, я чуть отстранила голову и продолжила движение рукой. Вторая же моя рука опустилась вниз, к моей киске. В этот раз я была решительно настроена кончить. Как работать рукой я знала хорошо, опыт, все-таки. Буквально через несколько минут мужчина начал ерзать, постанывать, сжимать мне плечо. Потом он взял меня за голову и насадил мой рот ему на член, но неглубоко. Другую руку он положит поверх моих пальцев и быстро-бытро начал надрачивать. Еще через несколько мгновений потом спермы ударил мне в небо, растекся по языку. Он отпустил руку, схватил меня за затылок и попытался засунуть член глубже в рот. У него не получилось, но и сглотнуть он этим мне не дал, сперма вытекала из моего рта и капнула на бритый лобок. Я сделала еще несколько движений рукой, выдоила остатки вязкой жидкости, встала, проглотила то, что осталось у меня во рту, потянулась за полотенцем, стащила его с тумбочки и положила на пах мужчине.
Он хотел что-то сказать еще, но я быстро схватила ваночку и станок и пошла к направлению к двери. Я вышла спиной вперед, стараясь не скрипеть. Тихо-тихо закрыла дверь, обернулась, сделала шаг, подняла глаза и обомлела. В полуметре от меня стояла командирская медсестра. Лицо ее было сурово.
— Иди за мной.
Я молча поплелась за ней. Проходя мимо палаты Вадика, успела заметить, что на одеяле лежат мои трусики. А чем бы он их мог ... спрятать?... Мы медлено проходили к ординаторской. Перед самым входом медсестра пропустила меня вперед, стала за мной и отрыла дверь, протянув руку
