даже мой муж из дома выгонит.
— Может, мальчика ... по телефону вызовем? — предложил я.
— Не смей портить мое тело! — рявкнула Машка командирским басом. Никогда не думал, что могу так мерзко орать.
— Но ты же носишь мое. И куришь, между прочим, — я вытянул из-под кровати пепельницу со свежими окурками, — а у меня от курения кашель.
— Вот мерзавец, — посочувствовала Машка.
— Ну очень хочется, — я смущенно сложила губки бантиком и отвела взгляд, — даже свербит...
— Слушай, а может все же не будешь? — посерьезнела Машка, — энергия уходит, и сердце может не выдержать.
— Буду, — я тоже стал серьезен, — раз уж начали, давай закончим.
— Тогда нужна легенда. Пригласим в гости кого-нибудь из твоих знакомых мужичков посимпатичнее, без комплексов, чтоб и тебе, и мне приятен был. Я позвоню ему и твоим голосом скажу, что родственница приехала, оттого и морды похожи. А дальше он сам все поймет. Только ты мне текст разговора напиши заранее, я ж ваших взаимоотношений не знаю.
— Понял, — кивнул я, и снял с полки блокнот и ручку, — а ты, как позвонишь, перекуси чего-нибудь да сходи погуляй.
— С такой-то рожей? Меня ведь весь двор знает! Нет уж, я дома посижу, а ты скажешь, что мы пара эксгибиционистов.
— Пара чего? — не понял я.
— Не чего, а кого. Эксгибиционистов. Это извращенцы такие, когда мужик любит в замочную скважину смотреть, как с его женой другие забавляются.
— А ты будешь смотреть? — спросил я.
— Может, и буду.
Машка взял записку, нагло сгреб со стола пачку сигарет и пошел в холл.
— Не кури, зараза, легкие попортишь! — крикнул я ей вслед.
— Ты мне п... у не попорть! — она захлопнула за собой дверь, но тут же вновь сунулась в гостиную, — и презерватив не забудьте, извращенцы!
Звонок в дверь не заставил себя ждать. Я открыла. На пороге стоял Виталик. Конечно, он не мог узнать меня в таком виде, но я-то знал его как облупленного. Мы достаточно часто парились вместе в бане, а один раз я даже присутствовал при его любовных играх. И его подруг, и его тело, и его характер, и его ухаживания были мне достаточно хорошо знакомы, как постороннему зрителю, и перспектива попробовать их на себе не вызывала протеста.
Женское и мужское начало плотно переплелись во мне, и каждое тянуло в свою сторону. Будучи мужчиной в душе, я оценивал сексуальную привлекательность человека как мужчина, хотя и сохранял опять-таки мужскую неразборчивость в выборе партнера. Однако женское тело, которое я носила, тоже оказывало свое влияние, как бы не давая отдаться человеку, в мужских достоинствах характера которого я бы сомневалась.
Все это длилось одно мгновение, а затем я отступила от двери и кивнула ему:
— Здравствуйте. Ваш друг вышел, но он просил немного поразвлечь вас и угостить чем-нибудь.
— Ну-ну, — Виталик с хитрым прищуром посмотрел на меня, — подождем.
В своем послании, переданном Машкой по телефону, я достаточно прозрачно намекнул, что мы находимся в гостях у нашей общей знакомой, что мы с Машкой прогуляемся, а ему предстоит самостоятельно познакомиться с моей родственницей и не особо с ней церемониться. До Виталика дошел подтекст моей речи, и теперь он смотрел на меня явно оценивающе. Результат оценки был положительным.
Я провела его в комнату и принесла поднос с чаем. Общаться с Виталиком было не сложно — как истинный светский лев, он сразу начинал рассказывать женщинам всяческие истории, в ответ ожидая непритворного восхищения. Ухаживал он аккуратно, не торопясь, и я спокойно сидела напротив него в кресле, не столько слушая, сколько оценивая с точки зрения женщины, и как ни странно, не могла сосредоточиться. Его тело мне определенно нравилось, но и его россказни, и манера поведения, обычно такие
