— Нравится, Танюшка? Тебе хорошо, родная? — спрашивал я, улыбаясь.
— Да, мальчик мой! Делай так! Я вся твоя! Ооойййй! Айййййй!
Последние звуки послышались уже после моего очередного движения пальцем в её пизде. Засунув свой большой палец в эту широко раскрытую дырень, я уперся фалангой пальца прямо в шейку матки. Точнее прямо в её ложбинку. Меня охватил такой кайф, что я машинально потянул палец вверх, прижимая шейку и пытаясь немного расширить отверстие в шейке.
— Аааййййй! Ооооооййййй, мамочки! — послышалось в ответ её реакция, которая только придала мне больше уверенности.
— Да, тетя Таня! — произнес я. — Я ебу Вас! Я трахаю Вашу разъебаную беременную пизду! — продолжал я, чувствуя, что обалдеваю от кайфа.
Внезапно я услышал такие долгожданные слова. Она прижалась ко мне и поцеловала.
— Да, Мишка мой! Еби меня, сучку! Еби свою брюхатую самку! Сама напросилась, теперь отступать не куда. Вон как тебя раззадорила! Теку как фонтан!
При этих словах я поцеловал её и моя рука начала делать ритмичные толчковые движения, задевая её шейку. Татьяна сначала стала стонать, затем этот стон перешел на крик. Она положила свободную руку на низ своего большого живота и, поддерживая его, начала поглаживания. Тем временем мои движения становились всё интенсивнее. Теперь уже мой палец чувствовал, что шейка немного раскрывается и пропускает его внутрь. Никогда я не испытывал таких впечатлений!
— Ааааааааааа! Оооооооооххххх! Оооооййййййй! Уууууууйййййй! — только и слышалось от Татьяны. Постепенно её стоны и крики перешли на рыдание. Она судорожно хватала губами воздух и уже, не контролируя себя, просто терзала свой живот рукой. Видя такое, я сделал ещё пару ритмичных движений и замер. Татьяна ревела, повиснув у меня на шее. Я, вытащив палец из пизды, двумя руками держал её дергающийся живот. Мы целовались. А Татьянины рыдания перешли в нежную и добрую улыбку и она, мурлыкая как кошка, целовалась в засос.
Потом она стала опускаться и взяла мой член в рот. Это было ВЕЛИКОЛЕПНО! Такого минета я никогда не получал! Не стоит и говорить, что я кончил буквально через полминуты.
Затем мы встали и вместе пошли мыться в ванную. Я мыл этот большой живот, это вымя. Мы стали снова целоваться. Она ласкала меня языком во рту. Вообще Татьяна вела себя, как законченная шлюха. Её ласки и приемы обольщения говорили о «боевой молодости» и богатом жизненном сексуальном опыте. Эти мысли проносились у меня в голове.
А мы продолжали целоваться и мыться. Танюшка была очень весёлой и абсолютно раскрепощенной. Я был на седьмом небе! Я был счастлив! Мы оба были счастливы! Внезапно я вспомнил, что я хотел посмотреть на женское молоко. Сказано-сделано! Татьяна отложила душ в сторону и стала поглаживающими движениями массировать грудь.
— Вот. Смотри сюда! — сказала она поднося свои соски к моему лицу. — Сейчас пойдет молочко. Только его не много пока.
И она стала доить свою левую сиську. После трех попыток из набухшего соска потекла слегка густая желтоватая жидкость. Я взял её на палец и попробовал на вкус. Мне она показалась не вкусной. Смесь мела, молока и чего-то ещё. Татьяна продолжала дойку и скоро «молочный» поток иссяк. Тогда в ход пошла правая грудь, в которой молока оказалось больше. Но, так как это молоко было не вкусным, то меня оно не заинтересовало.
— Хочешь подоить моё вымя? — лукаво спросила она, глядя на меня. — Вы ведь, парни, так называете женские груди?
— О, да! Хочу попробовать! — с радостью ответил я.
Таня положила свои руки мне на плечи, я сел на край ванны и её груди оказались висящими перед моим лицом. Я взял её сиськи и начал их доить, как доят коров в деревне. Однако, опыта у меня не было и ничего не получалось.
— Нет, Мишукта, так не получится! Ты возьми сиську пальцами снизу, а
