посторонний. Мы также не позаботились о том, чтобы закрыть дверь на ключ.
XI
Не хочется вспоминать сейчас, да и вообще, окончание того славного весеннего денька. Не хочется вспоминать дня следующего, следующего за ним, и далее, всей недели, а потом недели следующей. Эти черные дни все-таки закончились, и мы снова стали встречаться с Жален, правда, тайком от наших родителей и вопреки их желанию разлучить нас.
Летом мы устроили настоящую оргию на том дереве, где впервые поцеловались. Там, действительно, было здорово предаваться нашей детской любви. Чувства обострялись от воспоминаний о нашем первом дне, а также оттого, что по дорожке за кустами нередко проходил кто-нибудь. Тогда мы замирали, стараясь не проронить ни звука, но потом вдруг, якобы по неосторожности, якобы нечаянно, либо кашляли, либо чихали, либо роняли что-нибудь, либо просто ударяли рукой или ногой по дереву. После этого замирали снова, так и оставаясь полуголыми, а то и голыми, со страхом ожидая, не придет ли кто на этот звук.
Дважды нам показалось, что кто-то, действительно, двигался в нашу сторону. Один раз мы, подхватив снятые платья, убежали дальше за деревья. Другой раз, когда было уже довольно сумеречно, снова затаились, хотя были практически голыми. Звук шагов приближался несколько мгновений, а потом стал удаляться. Помню, что в тот раз оргазм был необыкновенно силен.
Несколько раз мы устраивали наши любовные игры и в наших собственных домах, «пожертвовав» для этого утренними уроками. С утра все родители обыкновенно уходят на работу. При этом использовали и ванну, и постель, и стол на кухне, и прочую домашнюю обстановку.
Трижды рискнули предаться любви в самой школе, оставшись после уроков и запершись в одной из комнат, а один раз — прямо в школьном туалете, отпросившись с урока по надобности.
Потом пришло время расстаться. В шестнадцать лет родители Жален, наконец, сумели отправить ее в какой-то колледж. Я думаю, они все это время подозревали, что связь наша так и не прервалась, хотя нам удалось сохранить ее в тайне от них. Но видит Бог, произошло это каким-то чудесным — поистине Божественным образом.
Благодаря, Жален, я сохранила девственность до девятнадцати лет. После нее целых три года я не хотела заниматься любовью ни с кем.
У меня не было никакой депрессии. Все это время я успешно занималась мастурбацией и этим легко снимала всякое психическое напряжение. В этих занятиях я мысленно была с Жален, и это здорово помогало мне. У меня осталось несколько фотографий и вещей Жален, в том числе и лифчик с нашего первого свидания. Долго будила во мне добрые старые чувства одна из надкуренных Жален сигарет, которую я тайком от нее подобрала уже в самом конце того славного периода моей жизни — моей юности с Жален. Мне кажется, что все это время она хранила незабываемый аромат Жален.
XII
Теперь мне двадцать два. У меня есть замечательный молодой человек, с которым мы обвенчаемся этой осенью. Рассказ об моей последней любви был бы, наверное, куда более замечательным, чем этот. Но мне почему-то бесконечно радостно, когда я вспоминаю те два школьных года. Я не хочу их возвращения, не хотела их повторения. Я даже не очень хочу знать, что теперь с Жален. И только через шестнадцать лет, я это знаю точно, а для вас это навсегда останется загадкой, но в мою жизнь обязательно вновь вернется Жален Моей Юности.
