член и одновременно получать наслаждение от столь отзывчивого к ласке соска. Чувственное удовольствие пронзало мое тело от кончиков пальцев до груди, и естественно очень скоро между ног стало мокро.
Однако, самый интересный момент я пропускать не собиралась. Я с затаенной ехидной ухмылкой наблюдала, как Сашка сначала заелозил задницей по диванчику, что, впрочем, ему нисколько не помогло. Я задействовала вторую ножку, зажав толстый стержень между подошвой и ступней, и сделала пару энергичных движений. Этого оказалось достаточно. Сашка сначала напрягся, а потом, глухо застонав, принялся поливать мою босую ножку жаркой спермой. Я даже закрыла глаза от удовольствия, ощущая, как горячие струи, щекочась, стекают по пальчикам к лодыжке.
Открыв через какое-то время глаза, я сначала прислушалась к своим ощущениям. Моя киска пока еще не была возбуждена настолько, чтобы потребовалось немедленное вмешательство. Затем я обратила свое внимание на Сашку. Эффект, который был мной произведен, превзошел все самые смелые ожидания: такой смеси тупой покорности судьбе, удовлетворенной похоти, недоумения и счастья я не читала еще ни на одном лице! С обезоруживающей улыбкой я поворошила пальчиками ножки мягчеющий скользкий член.
Наверное, будет через чур, если я заставлю его вылизать мою маленькую ступню? Да, пожалуй, этого он уже не вынесет. Со вздохом я достала из сумочки платок и бросила его Сашке.
— Вытрись. Потом пойдем прогуляемся, я давно не бродила по Питеру белыми ночами.
Прогулка белой ночью по городу всегда романтична. К тому же все встречные особы одного со мной пола, вне зависимости от возраста, неизменно задерживали свой взгляд на моем спутнике. К взглядам так называемого сильного пола я уже давно привыкла...
Саша был остроумен, рассказал пару интересных историй, в общем, я сочла уместным расстегнуть молнию на блузке еще чуть больше, чтобы Сашка мог, идя рядом, любоваться моими округлостями в образовавшемся декольте.
Наконец, мы ушли от оживленных мест. Я оперлась локтями о парапет. Настроение было романтичным — белая ночь, вот-вот собирающаяся провалиться на час в темноту, Нева, уютно плещущая о камень, пароходики и лодки, снующие туда и обратно.
Я лукаво взглянула на Сашку:
— Обними меня, что-то немного замерзла.
Сашка обнял меня, скрестив руки на моем голеньком животике. Это было приятно. Я почувствовала, что хочу продолжения. Именно от Сашки. Может быть, секса с мужчиной мне еще и не хотелось... А может... Может мне уже и хотелось ощутить в себе твердый кол... А еще мне хотелось немножко Сашку помучить. Ну, не может же мужчина (не женщина!) вот так легко и просто меня получить!
— Ты меня хочешь? — проворковала я, откидывая голову и прижимаясь к мужской щеке ухом.
— Да, Вика, я с ума схожу!
— М-м-м... Ответ принят... А как ты меня хочешь?
— Я хочу войти в тебя, двигаться в тебе, целовать твои соски, целовать тебя всю...
Вот дурак-то! Ну, я же не спрашивала — каким образом! Иногда диву даешься, какие мужчины идиоты! Да даже идиоту было бы понятно, о чем я спрашиваю — КАК!!! Сильно, ужасно, безумно — вот какой ответ должен быть. Ну да ладно, понятно, какой головой думает этот самец. Не сама ли я довела его до такого состояния?
Я вздохнула. Притворно. Мне было приятно, что Сашка совсем потерял голову, сжимая в объятиях мое тело. Пожалуй, я уже хочу немного большего, чем просто нежится в этих объятиях.
— Поласкай меня.
Тут же мои груди были сжаты. Да так, что я невольно пискнула.
— Полегче, приятель! Ты их хочешь раздавить? И вообще — стоп!
По-моему Сашкины зубы проскрежетали. Я бы, наверное, рассмеялась, если бы мое тело не требовало продолжения.
— Ты не спросил меня, что тебе разрешается делать! — я попыталась сказать это гневно, но явственно прозвучавшая хрипотца в голосе, должна
