пелёнки?
Не зная, куда деться от смущения, я окончательно сдался и пустил в подгузник горячую струю.
— Ой, смотрите девчонки! — неожиданно показала пальцем Маша, — У карапуза появилось мокрое пятнышко между ножек.
— И как быстро расползается во все стороны! — заметила Света, — Хорошо, что не накрыли его одеялом. Тоже было бы мокрое.
Наташа пощупала мои пеленки Весь красный от смущения, я продолжал писать в подгузник.
— Вовсю мочит пеленки, — сообщила всем Наташа.
— Так смешно наблюдать сейчас за карапузом! — захихикала Маша, — Что, Саша, нравится писать и какать себе в подгузник?
— А как только что кричал, что большой! — засмеялась Наташа, вставив мне в рот соску.
Я ожидал, что старшеклассницы отнесут меня в комнату гигиены и начнут подмывать, но девушки молча развернулись и вышли из комнаты. Я с обидой понял, что мне придется лежать мокрым до конца тихого часа. Единственным утешением было приятное облегчение после того, как я опорожнил кишечник и мочевой пузырь. Постепенно я привыкнул к мокрым пеленкам и с удивлением почувствовал, что засыпаю. Сладко зевнув, я закрыл глаза и провалился в пелену сна.
Я проснулся от сильного позыва писать. Оглядевшись по сторонам, я не сразу понял, где нахожусь. Было холодно и мокро, с обеих сторон меня окружали какие-то странные решетки, и вдобавок этот неприятный запах... «Так я же лежу в детской кроватке» — неожиданно догадался я. Попробовав повернуться на бок, я с удивлением обнаружил, что не могу даже пошевелиться. Страх и паника окончательно прогнали сон и я сразу вспомнил о своей ситуации.
Моим первым желанием было проснуться еще раз. Так хотелось, чтобы происходящее со мной было просто кошмарным сном. Я закрыл глаза, подождал и открыл их снова. Ничего не изменилось. Те же поднятые решетки детской кроватки, холодные мокрые пеленки и противная скользкая масса под попой. Хотя нет, в этот раз было что-то новое. Незнакомые голоса.
— Ах, вот он где, — улыбнулась незнакомая девушка в белом халате, подойдя к моей кроватке.
Вскоре к ней присоединилась еще одна девушка в белом халате. Обеим на вид было лет 16—17. Я понял, что девушки тоже были в яслях на практике.
— Уже проснулся, — сказала вторая девушка, — Это ты, Ирка, его разбудила?
— Не будила я его! — ответила девушка, которую звали Ирой, — И почему ты, Настя, постоянно на меня наезжаешь?
— Такая ты обидчивая, — улыбнулась Настя, — Спросить ничего нельзя.
К моей кроватке подошла еще одна незнакомая девушка.
— А вот и Ксюша, — улыбнулась Ира.
Обступив мою кроватку, девушки принялись меня рассматривать.
— Смотрите, девчонки! — неожиданно засмеялась Ксюша, показывая на меня пальцем, — Они и вправду мальчишку запеленали.
— Ага, запеленали, — улыбнулась Ира, — Карапуз в этих пеленках такой хорошенький.
— А это что? — удивилась Настя, взяв что-то из моей кроватки, — Они что еще и соску ему дали?
— Как видишь, — засмеялась Ксюша и вслед за ней остальные девушки.
— Что вы там шумите? — услышал я недовольный голос старшей нянечки, — Сейчас всех малышей разбудите.
— Самый старший уже проснулся, — с улыбкой сообщила Оле Настя.
— Рано еще, — сказала Оля, подойдя к моей кроватке, — Закрывай глазки и спи.
— А почему предыдущие нянечки запеленали мальчишку? — поинтересовалась Ира.
— Потому что у нас такие правила, — объяснила Оля, — Все, кто не сходил перед сном на горшок, спят в пеленках.
Оля поправила мое одеяло.
— Давай, Саша, закрывай глазки, — сказала мне нянечка, — Что ты лежишь с таким удивленным видом?
— Наверное пытается понять, кто мы такие, — улыбнулась Настя.
— После обеда к нам приходят на
