В один прекрасный день Алла, моя двоюродная сестра, подъехала ко мне с просьбой побыть «свадебным генералом» на свадьбе ее сына. С родственниками по линии матери я общалась мало, но с Алкой, хоть она и была старше меня на 12 лет, поддерживала довольно теплые отношения. Мне импонировало, что она, являясь моей бедной родственницей, никогда не пыталась лебезить передо мной и выпрашивать подачки. Поэтому, оставаясь для остальных богатой стервой, Алке я старалась помогать.
Дело мое процветало, управляющие особо не воровали, сама я лишь иногда появлялась на собраниях акционеров, свободного времени у меня было навалом, поэтому заглянуть на часок на семейное торжество было вполне заманчиво. И хотя мужа и сына Алки я видела в последний раз восемь лет назад, я согласилась. По обыкновению, о своих проблемах Алка рассказывала неохотно, но я вытянула из нее все. Оказалось, что ее «мальчик» после института не смог устроиться на хорошую работу. Это решалось элементарно, у него были права, а я как раз доросла до того уровня, когда не иметь личного шофера — стыдно. Но такую подачку Алка сразу не приняла бы, поэтому для начала я попросила, чтобы ее Сашенька присмотрел пару дней за моим домом за городом. О, боже, словно провиденье, говорило тогда моими устами. Но, все по порядку.
Выбрав подарок — роскошный домашний кинотеатр (пусть остальные гости побелеют от зависти), я долго колебалась, кого же выбрать в спутники. Мужчинам я никогда не позволяю главенствовать над собой. Управлять же ими через либидо очень просто и немного скучно. Поэтому постоянного партнера у меня не было. Мимолетные встречи, недельные романы, больше вынести трудно. При этом я могла довольно долго продержаться без мужчины. Скажу по секрету, у меня легкая форма нарциссизма. Одну стену моей уютной гостиной полностью занимает зеркало. Устроившись перед телевизором, я всегда могу полюбоваться на себя. А иногда, отключив все телефоны, я накладываю вечерний макияж, одеваюсь в полупрозрачное черное белье и...
Поначалу я верчусь перед зеркалом, разглядывая стройные длинные ноги, свою высокую грудь, мягкими округлыми очертаниями угадывающуюся под невесомой тканью. Потом поворачиваюсь к отражению спиной и любуюсь своими упругими ягодицами, провожу по ним руками с длинными безукоризненными ногтями... Это очень эротично — кроваво красный лак на фоне загадочной, полускрытой, но все же отчетливо видимой линии, разделяющей мои ягодицы. Я начинаю возбуждаться. Поворачиваюсь... Мои разбухшие соски уже раздирают полупрозрачную ткань. Они темно-вишневого цвета и отлично видны. Мое отражение с закушенной губкой умоляет продолжать (а как эта гримаска действует на мужчин!), и я берусь своими коготками за соски, отчего каждый раз тихонько вскрикиваю. Второй рукой в зависимости от ситуации я или сдвигаю в сторону то, что условно можно назвать трусиками, или, если на мне их нет, просто раздвигаю свои половые губки, обеспечивая доступ к клитору. Если у меня давно не было мужчины, я тут же кончаю первый раз, но, как правило, это меня не удовлетворяет. Если же я недавно кого-нибудь поимела, то я еще некоторое время наслаждаюсь своим видом в зеркале.
Потом наступает черед вибратора. Уже во весь голос стоная, я падаю на диван и, включив машинку, начинаю понемногу вводить ее себе во влагалище. Здесь необходимо проделать все без спешки, слишком быстрый и глубокий секс можно использовать с мужчинами (с теми единицами из них, кто на него способен), мастурбировать лучше не спеша. Редко, очень редко я пользую себя в анус. Да и всего двое мужчин могут похвастаться, что были в моей попке, хотя я не могу сказать, что это мне не понравилось. По всей видимости, даже у такой стервы, как я, имеются свои комплексы. Кончается все тем, что я, уже не в силах остановиться, ввожу вибратор как можно дальше, чтобы он совершал свои движения глубоко-глубоко, тереблю
