— Мам, у Серёжки полоски на шапке другие! — Мам, а Лёшки трусы другого цвета. — Папа, а почему, а у Серёжки рубашка красивее, чем у меня?
И так все годы! Серёжка и Алёшка — два брата-близнеца! Один ревновал к другому. Каждый считал, что у брата всё лучше, чем у него. Сходство было поразительное. Даже родинки возле уха у обоих присутствовали! У обоих были глазки как два уголька! Смуглость личика придавала азиатский шарм. Хотя родители были чисто русские люди. Только одно отличало их. У Серёжки был характер покладистый, добрый, ласковый, рассудительный. Алёшка был полная ему противоположность. Озорной, он был заводилой у ребят. Мог, шутки ради, соврать. Смех его разливался по всему двору, заставляя жителей дома выглядывать в окошко, а прохожих вслед улыбаться.
В школе их всегда учителя путали. Бывало, что попадало тому, кто не был виноват. Было и такое: их решили развести по разным классам, но Серёжка с Алёшкой такой разлуки не стерпели, и в первый же день объявили забастовку. Они просто не пошли в класс, сидели в вестибюле школы, пока им не разрешили снова быть в одном классе и сидеть за одним школьным столом.
Братья очень любили друг друга, каждый с трепетом относился к своему брату. И если они иногда ссорились, то мать их срочно ставила рядом, напротив друг друга и говорила:
— Мальчики, а ну-ка, в знак примирения, поцелуйте друг друга. — И братья с удовольствием чмокались в щёчки.
У них была своя комната, своя большая кровать — одна на двоих, шкаф, тумбочка и на ней маленький телевизор! Когда они собирались гулять или идти в школу, то надевали одежду, независимо от того, кто её вчера носил. Алёшка мог одеть трусики Серёжки, А Серёжка надеть майку Алёшки. Купались они всегда вместе. Каждый мыл спинку и головку брату! До лет десяти братья не обращали даже внимание на маленькие колбаски, которые болтались у них между ножек!
Как-то они вечером купались в ванне, и Серёжка тёр мочалкой спинку Алёшки. Потом предложил брату потереть грудь. Алёшка повернулся лицом к Серёжке, и тот начал натирать ему животик и грудь. Но рука иногда соскальзывала с животика и попадала по Алёшкиной писе. И Серёжка вдруг увидел набухший членик брата, открыл рот от удивления, спросил:
— Серёжка, а че это у тебя с писюном?
Алёшка посмотрел вниз, где была его колбаска, пощупал его, и сказал:
— Не знаю?!
Оба притихли, Серёжка смотрел на писюн брата, а Алёшка был растерян, глядел тоже на свою колбаску! Но пися его приняла прежнюю форму, что тут же успокоило обоих.
В тот же вечер они, лежа в кроватке, укрывшись теплым одеялом, рассказывали друг другу истории своего двора! Но Алёшка нет, да и потрогает своей ручкой писю: не опухла ли она снова? И вдруг, от прикосновения руки, его пися стала расти и наполняться приятной щекоткой!
— Ой!!! — Закричал Алёшка! С испугу он вскочил с кровати на пол! Резко снял трусики, оголив свою колбаску.
— Серёжка, опять!!! — Только и смог сказать Алёшка!
— Может, мамку позвать? — спросил Алёшка.
— Нет, не надо, — сказал Алёшка, всё пробуя рукой свой писюн.
— А покажи свой, Серёжка, может, и у тебя такой же, как у меня вырос? — Серёжа, не долго думая быстро снял трусы и подошёл к брату. Взял в руки свой писюн и пододвинул к колбаске братика, чтобы увидеть: есть ли разницу между ними? И... о, боже! Серёжкин писюнчик стал расти прямо на глазах. Алёшка от удивления охнул, взял в руки член брата и стал его ощупывать. От такого прикосновения у Серёжки член взлетел вверх, что повергло Алёшку в полное непонимание и изумление!
— Серёжка, а потрогай и мне писюн.
Серёжка взял писюн братика и тот не стал долго ждать, взмыл вверх! Оба чувствовали приятную истому в своих члениках. Им было приятно и интересно в познавании новых ощущений своего тела!
Так у Серёжки и Алёшки появился новый интерес в
