возни, — вздохнула Лена, — Надо тщательно помыть с мылом каждый укромный уголок у ребенка между ножек.
Представив, как она сейчас начнет протирать меня между ног, я густо покраснел.
— Берешь тряпочку в правую руку, — пояснила Лена, — А левой рукой прижимаешь ножки ребенка к столу, чтобы не ерзал. Вот так.
Сильная взрослая рука схватила обе мои лодыжки и прижала их к столу. В следующую секунду холодная тряпочка коснулась моего живота.
— Моем все, что ниже пупка, — пояснила Лена подруге, щекотно намыливая меня своей тряпочкой.
Посмотрев на Свету, я заметил, что та во все глаза наблюдает за действиями подруги.
— Устала держать мальчишке ножки, — вздохнула через пару минут Лена, — Это с грудными малышами легко, а такого попробуй удержи, когда начинает ерзать и вырываться.
— Давай я подержу карапуза, — предложила Света, — Чтобы у тебя обе руки были свободны.
— Я как раз хотела тебя об этом попросить, — сказала Лена, — Можешь вытянуть ребенка на столе за ручки и ножки? И крепко держи, чтобы не мог пошевелиться.
Света распластала меня на столе, как ее просила подруга.
— А что я нашла у Миши между ножек! — засмеялась Лена, — Его маленький писюнчик!
— Такой забавный розовый хоботок! — улыбнулась Света.
— Берешь двумя пальцами за самый кончик, — пояснила Лена, — И вытягиваешь вверх. Вот так.
Вынужденный терпеть Ленины манипуляции с моей писькой, я не знал куда деться от смущения.
— Теперь тщательно обтираешь со всех сторон, — продолжила Лена — И вокруг писюнчика тоже.
Я почувствовал, что покрываюсь гусиной кожей от острой щекотки. Оставив наконец мою письку в покое, Лена взяла другую тряпочку и сполоснула ее в воде.
— Ннадо протереть везде мокрой тряпочкой, чтобы смыть мыло, — объяснила она Свете.
Полминуты Лена старательно протирала мне мокрой тряпочкой те же места, где только что она меня намылила. Когда она дошла до моей письки, девушки снова принялись хихикать. Я вздохнул с облегчением, когда Лена наконец попросила Свету больше не держать меня за руки и ноги.
— Спереди помыли, — сообщила Лена, — Теперь задираем ножки вверх, чтобы заняться Мишиной попой.
Я не успел опомниться, как Лена одним рывком задрала мои ноги вверх, прижав колени к груди.
— Видишь, как я уложила ребенка? — сказал она Свете, — Надо задирать ножки вверх до упора. Чтобы у малыша было все открыто между ними. От писюнчика и до дырочки в попе.
— Даже сама дырочка немножко приоткрылась! — засмеялась Света.
Словно в подтверждение ее слов я не удержался и громко пукнул. Девушки дружно засмеялись.
— Теперь, когда я заставила мальчишку полностью открыться между ножек, я могу трогать и протирать его, где хочу, — сказала Лена.
— Так смешно выпятил вперед мошонку, — засмеялась Света, — Как напоказ.
— Сейчас я займусь этим маленьким мешочком у мальчишки между ножек! — сказала Лена, намыливая тряпочку.
В следующую секунду что-то холодное щекотно коснулось моей мошонки.
— Хорошенько протираешь карапузу яички со всех сторон, — комментировала Лена.
— Только посмотри, как мальчишка начал дрыгать ножками и вырываться, когда ты принялась ему там намыливать, — засмеялась Света, — Когда ты мыла Мишу спереди, он так не ерзал.
— Мальчики не любят, когда им моют мошонку, — улыбнулась Лена, — Потому что там у них самое щекотное место.
— Так отчаяянно пытается вырваться! — сказала смеющаяся Света, показывая на меня пальцем, — Неужели все мальчики так боятся щекотки?
— Ничего, я его крепко держу, — сказала Лена, — Теперь ты понимаешь, зачем я так сильно задрала малышу вверх ножки? Чтобы он никак не мог увернуться от моей
