смущения, я продолжал писать в горшок.
— Направим струйку вот сюда, — сказала Лена, пошевелив мне письку, — В середину горшка.
Девушки как обычно принялись со смехом обсуждать, как я писаю.
— Сейчас переодену Мишу в пижаму, — сказала Лена, стряхнув последние капли в горшок.
Порывшись в шкафу, Лена извлекла оттуда необычный белый комбинезон.
— Какая прелесть, — улыбнулась Света, — Это что, такая пижама?
— А застегивается где? — поинтерсовалась Ксюша, — На спине?
— Ага, на спине, — кивнула Лена.
Лена подошла ко мне и принялась натягивать на меня пижаму. Нижняя часть напоминала ползунки, но рукава, к счастью, были открытыми.
— Быстренько в постель! — скомандовала Лена, наконец одев мне пижаму.
Мне не надо было повторять дважды и я быстро забрался в детскую кроватку.
— Спокойной ночи, Миша, — сказала Лена, накрывая меня одеялом.
— Сладких снов, — добавила Света.
Подняв боковую решетку детской кроватки, Лена отошла к дивану и что-то шепнула Ксюше со Светой, после чего все трое быстро вышли из комнаты. Я понял, что они пошли на кухню. Сладко зевнув, я закрыл глаза и почувствовал, что засыпаю.
Я проснулся от яркого света, бившего мне прямо в глаза.
— Ну вот мы и проснулись, — сказал чужой и в то же время подозрительно знакомый молодой женский голос.
Я открыл глаза и увидел склонившуюся надо мной симпатичную девушку. Первой реакцией было удивление. Красивое лицо было очень знакомым, но я не мог его вспомнить. И что это за странные деревянные решетки по обе стороны кровати?
Спросонья у меня заняло чуть ли не целую минуту узнать Василису и вспомнить вчерашние события. Я вспомнил все, хотя по прежнему не мог привыкнуть к абсурдности происходящего. Я точно знал только одно: это был не сон. В снах все обрывочно и размыто. Особенно лица. Но красивое лицо склонившейся надо мной девушки было абсолютно чётким.
И потом, даже самый кошмарный сон обычно внезапно кончается. Не то, чтобы происходящее со мной можно было назвать кошмаром, но и приятного было мало. Нет, это явно был не сон. Все несомненно происходило наяву. Хотя в какой-то странной реальности. Как будто в параллельном мире.
— Быстренько вставай, — сказала Василиса, опустив боковую решетку детской кроватки, — Нам надо к 8: 30-ти в садик.
Я нехотя вылез из постели, подумав, что самым лучшим вариантом было бы проспать всю неделю и проснуться уже взрослым.
— Переоденешься сам? — спросила Василиса, — Вся одежда вон там, на стуле. Трусики, колготки и маечка.
— Угу, — кивнул я.
— Тогда я пошла на кухню готовить завтрак, — сказала девушка.
Василиса вышла из комнаты. Мне сильно хотелось по-маленькому и я побежал к стоящему посередине комнаты детскому горшку. С трудом избавившись от верхней половины пижамы-комбинезона, я подумал, что лучше полностью ее снять. Позыв писать был таким сильным, что я едва мог терпеть. Раздевшись догола, я встал перед горшком и начал писать, прислушиваясь к происходящему на кухне. На мое счастье Василиса по-прежнему была занята приготовлением завтрака. Стряхнув последние капли в горшок, я подошел к стулу и начал впопыхах одеваться, поражаясь, каким я стал неуклюжим. Минут через десять Василиса позвала меня на кухню завтракать.
На завтрак была противная манная каша. В отличие от Лены, Василиса не стала настаивать, чтобы я всё съел.
— Надо собираться, — сказала девушка, когда я допил чай, — В этот садик где-то полчаса на машине ехать. Если не будет пробок.
Мы вернулись в комнату и Василиса начала складывать мою одежду в большую сумку.
— Пять пар трусиков, три пары колготок, три маечки, две рубашки, — перечисляла она, наполняя сумку одеждой, — Сандалики эти тоже кинем. Пару свитеров, куртку, шорты... Кажется
