к 9 утра, а выходить мы собрались в 10:30. Оказалось, что каждый умывается по десять минут. Когда подошла моя очередь, я уже была готова хвататься и держать руками мой мочевой пузырь. Но всё-таки я прозевала свою очередь. Когда последний вышел и уже никого не было, вдруг какая-то дамочка заскочила прямо передо мной. Люди казалось не догадывались, что я очень сильно хочу в туалет, а сделать это больше негде. Через 2 минуты я встала с табуретки и постучала в дверцу, что мол дамочке пора поторопиться.
— Мне надо сюда, — заявила я, стараясь намекнуть о своём положении.
Тем временем Константин отвлёкся от своих раздумий и созерцания пейзажа, встал и вспомнил про меня и что надо собираться. За дверью послышался шум смываемой воды. Этот звук погнал меня в туалет ещё больше. Проходя мимо меня по коридорчику, Константин должно быть заметил, как дрожат мои ноги.
Вдруг он позвал меня в комнату.
— Если сами не можем помыться, давай хоть лыжи намылим.
Я села на кровать, скрестила свои ноги, чтобы они не двигались, и приготовилась к натиранию. И вот вскоре я сидела на стуле с лыжами в руках, падающими палками и куском мыла в руке. Константин сидел рядом со мной. Вдруг я вскочила и решительно направилась в туалет. Константин заметил мой манёвр и спросил:
— Ты уже хочешь в туалет?
— Да, я терплю с самого утра.
На самом деле я терпела уже всю ночь, но это было в смысле ответа одно и тоже.
— Ты так неспокойно себя ведёшь. Никогда ещё не видел тебя в таком состоянии.
«Во дурак, — подумала я, — а как же мы ходили на осенних прогулках. Или ты ничего не видел. Но он должен был помнить, что при возвращении в тёплую квартирку я часто первым делом бежала в туалет. Константин вдруг спохватился:
— Слушай, может потому ты ёрзаешь во время секса.
Я кивнула головой в ответ. Казалось, это возбудило его, и он тут же подскочил ко мне.
Затем он наведался в коридор и убедился, что дверь в совмещённую душевую всё ещё закрыта. Я сказала Константину: «Послушай, я ведь умею держать долго».
Он посмотрел на меня беспокойными глазами и сказал: «Слушай, а давай мы сделаем это сейчас». Через минуту мы уже были на кровати. Константин признался, что тоже хочет в туалет. Мне было уже по барабану, кровь билась в висках, и я готовилась к предвкушению другого. Я только приложила ладошку между ног, успокаивая свою кожу.
Он помог мне раздеться без себя, и скоро я была уже в горизонтальном положении. Я постаралась выбрать такое положение, чтобы мочевой пузырь при этом лежал хоть как-то расслаблен. Дальше мне пришла мысль, а что если я описаюсь тут же на кровати, и кровать не наша. Я старалась всеми силами сдержать себя. Конечно, ласки с Константином происходили обычно в комфортном состоянии, но пару раз было, особенно если по утрам. У меня уже не было выбора, сейчас быстрее, потом писаем, моемся, и в 10: 30 выходим. И так это уже поздно.
Скоро я уже лежала вжавшись в кровать, с руками по бокам, и стараясь думать о хорошем. Константин напомнил мне, что надо бы снять трусы. Он сказал, и тут же чуть не вырвалось из меня. Да, конечно же, но в первый раз так оказалось, что я только отодвинула полоску вбок. Писька моя вся горела, и я подставила её ему. Наконец то я разжала свои ноги, мысленно молясь и трясясь за себя.
Маленькая брызга в решающий момент всё же выскочила из меня, и попала по моим ногам. Вот почему я не спешила снять трусики. Я лежала почти голая, спортивные штаны лежали в сторонке и не могли намокнуть, но под ударом была вся постель.
На этот раз мен всё хотелось быстро. В ванной сейчас никого наверно уже не было, а я лежала тут как распластанная.
Константин целовал и лизал меня, успокаивал не беспокоиться, и мол всё произойдёт о-кей. Он сказал, что сейчас наверно испытает мой мочевой пузырь на прочность, и взвился ещё сильнее. Я тяжело дышала, кровь пульсировала в сосудах, и
