Валентина со своим мужем Сашкой жила в огромной квартире своего свекра, Николая Васильевича. Квартира была бывшей коммуналкой, которую постепенно скупил Николай Васильевич. У отца Сашки имелась куча денег, которую он скопил, когда работал бульдозеристом по контракту в Ираке. Свекор был скуповат, что, однако не мешало ему таскать себе шлюшек со всего дома. Валентине не раз приходилось открывать дверь соседке с их площадки, худощавой накрашенной Ирке. Ирка виновато улыбалась, пряча глаза, пищала, что ей нужен Николай Васильевич. Через пару минут в комнате у свекра начинала мерно и все более громко скрипеть кровать. Валентина уходила на кухню, и до нее доносился довольный бубнящий голос свекра и слабые вскрики Ирки в такт мерному скрипу и стуку.
Ирка работала учительницей в младших классах, у нее была дочь и муж — алкоголик. Ирка отрабатывала свой тридцати-, сорокаминутный, а иногда и часовой «урок» у Николая Васильевича, а потом, стараясь быть незаметной, ускользала, пряча в кармане халатика кулак с зажатыми деньгами. Когда дверь женщинам открывал Николай Васильевич, то он часто брал их прямо в прихожей, прижав к двери или усадив на тумбочку. Валентине приходилось потом вытирать потеки спермы с темной лакированной поверхности.
— Папаша, ну ты опять не донес, ну мля! — брюзжал Сашка, натыкаясь на следы бурной жизнедеятельности своего отца. Николай Васильевич отшучивался, громко ржал и подмигивал Валентине.
Валентина часто ловила на себе тяжелый, остановившийся взгляд свекра. Нервничая, она поправляла на себе одежду и бежала поближе к Сашке, или жаловалась ему.
— Ну, кобель он, что делать! — Сашка целовал ее — Не беспокойся.
Иногда звуки и крики из комнаты отца были настолько возбуждающими, что Сашка хватал Валентину, тащил ее в свою комнату, жадно, нетерпеливо и быстро овладевал ею. Испытывающий и насмешливый взгляд свекра подстерегал ее, когда она после этого пробиралась в ванную. В эти мгновения она напоминала себе соседскую Ирку.
У них в доме уже неделю гостил брат Сашки Генка с женой Светкой. Места в квартире много, и гости жили в комнате рядом с ванной в другом конце коридора. Однажды рано утром Валентина проснулась от знакомых частых скрипов и стуков в комнате свекра. Сашка спал. Поняв, что уснуть она не сможет, Валентина встала и пошла в туалет. Ей приходилось идти по коридору мимо двери свекра. Дверь могла быть открыта, и тогда насмешливые взгляды свекра опять бы вывели ее из равновесия. Валентина подошла к двери, тихонько приоткрыла дверь и выглянула в коридор. То, что она увидела, заставило ее вздрогнуть от неожиданности. В коридоре у двери свекра согнувшись, стоял Генка, напряженно вглядываясь в щелку двери.
Трусы у Генки были приспущены, пальцами правой руки он ритмично водил по кончику торчащего вздыбленного члена. Левая рука у Генки была засунута в трусы. Брат Сашки стоял в неудобной позе, на судорожно трясущихся полусогнутых ногах, зад двигался вперед-назад в такт пальцам руки. Валентина остолбенело смотрела, как между пальцами Генки быстро появляется и исчезает вздувшаяся бордовая головка члена.
— Вот гад! — подумалось Валентине — подсматривает за этим кобелем! Видела бы его Светка... Валентина тихонько хихикнула, потом еще раз, громче. Генка оглянулся на нее, с полуоткрытым ртом и панически распахнутыми глазами. Он подскочил и неуклюже попрыгивая, понесся в свою комнату, прижимая к животу свой негнущийся член.
Хлопнула Генкина дверь. Валентина подошла к комнате свекра, из которой доносились приглушенные звуки, нерешительно остановилась, оглянулась на Генкину дверь. Затем осторожно подкралась к двери свекра и заглянула в щелку двери, в которую несколько секунд назад вперивался Генка. То, что она увидела, настолько поразило ее, что она невольно вскрикнула, а потом, закусив губу, растерянно
