какой-то едкий.
— Стоп. У него ручки где, сбоку экрана или снизу?
— Вроде снизу...
— Ага, ясно, значит схема не нужна...
— Так ты прийдёшь?
— Ну так, а зачем тогда разговор было городить? Конечно, прийду. Во сколько?
«Мышка» задумалась.
— Давай на 7 вечера.
— Хорошо. — Я забрал у неё бумажку с адресом.
***
Ну, и местечко она себе выбрала для жилья! Микрорайон Лесной предполагал наличие леса, но на самом деле лес был за 2 километра, а частные домики на окраине микрорайона вовсю карабкались по склону холма.
Поплутав по переулкам, схожим, как червяки, я наконец-то нашёл дом, где меня ждало самое сногсшибательное приключение в моей жизни, правда я об этом ещё не знал!
Дверь мне открыла... Нет, не «мышка», а Ленка-красавица собственной персоной!... Я даже сначала подумал, что это наваждение какое-то. Какое-то подобие широкой ленты на тесёмках едва скрывало от меня два величественных холма, торчавших и качавшихся призывно чуть не возле моего носа.
— Привет! Мы уже думали, ты заблудился! Заходи! — она развернулась и я действительно заблудился, взглядом в её точёной фигурке. Снизу на ней были... Ну, если бы не карман на попе, то это можно было бы принять и за трусики, но по идее, это всё-таки называлось шортами. Прикрывая чемоданчиком низ живота, я последовал за ней.
В комнате было жарко. За столом сидела «мышка» и возила фломастером по куску материи. На уроках, им, что ли, эти выкройки не надоели?
— Вон, смотри!... — Ленка махнула на сиротливо стоявший на тумбочке в углу аппарат и с ногами забралась на кровать, стоявшую тут же.
Проводив восхищённым взлядом эти перемещения, я подошёл к телевизору.
— Нет, девчонки, тут слишком тесно, его нужно на стол перенести.
— Валь, давай сворачивайся, завтра доделаешь!
«Ага, Валя», заметил я про себя. «Мышка», то есть новоиспечённая Валя принялась наводить порядок, а я принялся наблюдать за ней. И удивился про себя, почему она такая разная на учебе и дома. Ничего «мышиного», красивая фигурка, лицо, правда, подгуляло, но с него ведь воды не пить!
Одежда тоже кардинально отличалась от того тёмно-синего сарафана, в котором она обычно слонялась по бурсе. Коротенькая плиссерованная юбочка, едва прикрывавшая попку и какая-то легкомысленная блузка неопределённого цвета. Под блузкой явно ничего не было. В штанах опять началось шевеление.
— Тебе помочь его переставить?
— Нет, Лен, не стоит, он же тяжёлый, да и пыли в нём... Кстати, пылесос у вас тут есть?
— Есть... Ой, а он же у бабы Люси в комнате!... А она ушла.
— Надолго?
— Скорее всего, да... Телик-то поломался, а она без него жить не может. Она к соседке пошла. Валь, может мотнёшь за ключом?
— Да ну, холодно!..
— Так оденься!
— Ну, Лен...
— Так, давай, без разговоров!
Валя покорно достала откуда-то джинсы (хм, а почему я их в бурсе на ней не видел?) и начала натягивать прямо на свою юбочку. («Помнёт ведь!», промелькнуло у меня в голове). Надев ещё и кофту, Валя ушла.
Я перенёс телик на стол, вскрыл заднюю стенку и удовлетворённо хмыкнул — действительно, вольтодобавка...
— Ну, чего там? — Ленка проявила интерес.
— Да вот, лампочка у вас тут сгорела, надо менять...
— Ты поменяешь?
— Нет, так оставлю! — я улыбнулся. — Только новая дорого стоит.
— Сколько?
— Тысяч 40.
— Ого! Так у нас и денег таких не будет!
— Ну, сколько будет...
— Так сейчас ... почти и нет, разве что со степухи... Слушай, а ты только деньгами берёшь?
Я опять хмыкнул.
— А чем ещё можно в магазине за лампу расплатиться?
— Ну, так купи за свои, а мы с тобой по-другому рассчитаемся...
— Это как — «по-другому»? — меня начали терзать смутные подозрения, вызывавшие
