периметру окружности из обруча торчали небольшие вентили, и мужчина принялся закручивать их. Вскоре обруч плотно сжал её голову и края, попавший в рот уперлись в зубы, заставляя женщину разжать их. Она так и сделал. Хозяин продолжил закручивать вентили, пока края обруча не врезались в краешки рта. Тогда хозяин начал ... крутить ещё какой-то механизм, и обруч, разделившись на две части, принялся разводить челюсти женщины с той же неотвратимостью, с которой домкрат поднимает машину.
Когда её рот широко раскрылся, так что заломило скулы, мужчина сказал.
— Сегодня я добрый и потому повторяю, когда господин что-то дает рабыне, она должна благодарить его, — он обвел несчастную женщину взглядом, — но поскольку ты, сука, никак не хочешь усвоить это простое правило, мне придется вбить его в тебя.
Он засунул в её открытый рот кусок бутерброда и, освободив тем самым свои руки, расстегнул ширинку своих штанов. Женщина с замиранием сердца наблюдала за тем, как он вытаскивает свой не самый длинный, но безмерно толстый член, который уже начал набухать, но всё ещё был мягким.
Хозяин отодвинул крайнюю плоть с головки и, подойдя к лицу женщины, зажал ей нос Марьяны. Немытый член сильно пах мочой и спермой, и женщина попыталась отвернуться.
— Вот как, — казалось, что хозяин искренне удивился, — помимо того, что ты не хочешь благодарить меня за дары ты ещё и пытаешься их отвергнуть.
Она подняла глаза и увидела, как краснеет в гневе его лицо. Он грубо схватил её за волосы и прижал её лицо к своему лобку, отчего его член вытянулся от подбородка до её глаз. Прижимая её так левой рукой, правой он вытащил уже знакомую многоглавую плеть и принялся хлестать её по спине и попе. Как и раньше кончики плети попадали в промежность.
Прижатая к его телу с куском бутерброда во рту полном слюней она не могла кричать, хотя ей этого очень хотелось. Тем временем член мужчины затвердел, и он направил его в её разинутый рот. Широкий отросток легко заполнил всю полость и, смяв остаток бутерброда, пихнул его в глотку. Инстинктивно она начала глотать, а мужчина продолжил таранить ее, пытаясь проникнуть вслед за пищей, и у него это получилось.
Давясь приступами тошноты, она ощущала, как член хозяина резко входит в её глотку и покидает её. Амплитуда движений мужчины нарастала с каждой секундой, но при этом он не забывал охаживать её тело плетью. По её подбородку текли потоки взбитой липкой слюны перемешанной с обильной смазкой выделенной членом и крошками хлеба. Этой смеси было так много, что она достигла пола и начала растекаться по нему небольшой лужицей.
Женщине не хватало воздуха, перед её глазами плыли черные круги, и она даже решила, что сейчас вновь потеряет сознание, но мужчина покинул её глотку и вслед за его членом, из неё вырвалось немного рвотной жидкости. Но хозяин не обратил на это внимания, он обогнул её и пристроился сзади. Без подготовок и прелюдий он ворвался в её попку на всю длину и замер там, наслаждаясь ощущением сжимающегося у основания члена сфинктера женщины.
Затем он начал совершать поступательные движения и Марьяна не в силах сдерживаться кричала как умалишенная. Сколько бы раз он не трахал её в зад, она никак не могла привыкнуть к столь широкому предмету внутри себя. Это продолжалось минут пять, потом хозяин решил передохнуть и подкатил к ней какой-то агрегат, от которого отходила длинная трубка увенчанная здоровенным фаллоимитатором.
Господин ввел его во влагалище женщины и включил машину.
Член задвигался взад и вперед, имитируя фрикции, а мужчина склонился над прибором и принялся переключать клавиши его управления.
— Как тебе больше нравится? — полюбопытствовал он и включил самую большую скорость, на которую было способно приспособление, — любой шлюхе нравится, когда её дерут как сидорову козу, значит, тебе это нравится
