до той поры до времени, пока я не продвинулся к дивану, и не уложил тебя на него спиной. Прихватил за запястья. Бесцеремонно подтянул за руки к краю так, чтобы голова свесила вниз. Проход в гортань, ... теперь, стал максимально облегчен. Не давая опомниться вставил набрякшую головку в рот, и беспощадно задвинул крепкий ствол внутрь по самое основание. Что ты обо всем этом думала — поинтересоваться не удосужился. Сказал лишь: — Вот так то получше будет!Наверняка ты хотела бы высказаться на этот счет, но такой возможности для этого у тебя не было. Гортань до отказа была наполнена мужской плотью... Ты была шокирована стремительно развивавшимися событиями и не успевала реагировать. А я, в полной мере, пользовался твоим замешательством. Легко и непринужденно трахал в рот, постепенно наращивая амплитуду движений. Сжимая левой рукой горло, ощущал, как оно раздувается и твердеет изнутри, каждый раз, как мой «таран» проникает глубоко внутрь. Массивными яйцами то и дело упирался в очаровательный дамский носик, и распалялся от этого еще сильнее. Вскоре слюна стала стекать по лицу, волосам вниз. Ты периодически сбивалась с темпа, теряла ритм дыхания, и давилась. Каждый раз начинала дергаться и извиваться, инстинктивно пытаясь соскользнуть с моего тарана. Мычала. Стонала. Кашляла, сопела, и тяжело дышала. Вопреки твоим ожиданиям, на меня это действовало еще более возбуждающе. А если прибавить, ко всему прочему, еще и трогательный вид твоих ухоженных пальчиков на стройных ножках, то от нахлынувших чувств и эмоций можно было с ума сойти. Они мучительно сгибались и растопыривались в такт моим движениям. Вне всяких сомнений, это происходило непроизвольно. Отдельно от помыслов, страдавшей на моем члене. Невзирая на все это, я не стал милосерднее. Напротив, действовал напористей. Посильнее зажал горло чтобы ты никуда не делась, и продолжал яростно засаживать одеревеневший член в горло на всю длину. Бедрами двигал размашисто, резко и бескомпромиссно. Яйца, теперь уже со всего размаха, влажно молотили в личико. Комната была буквально переполнена симфонией под названием «Казнь в рот». А я наслаждался этими звуками, будто изысканной мелодией. По природе своей, я — доминирующий самец. Возможно, чуточку садист. Но не убийца. Когда почувствовал, что от нехватки воздуха ты можешь сознание потерять, проявил, наконец, каплю сострадания. Вынул наружу утопающий в слюне член, и дал возможность, немного, отдышаться. Исключительно отдышаться. Передохнуть тебе не пришлось. Почти сразу же я взял тебя под затылок, и притянул голову вверх. Сам подался чуть вперед. Ты уперлась личиком в мою задницу, и сразу поняла, чего я добиваюсь. Пояснять, по крайней мере, не пришлось. Ты тут же принялась вылизывать предоставленное «очко». Старательно, тщательно и самозабвенно. На этом оральную пытку я решил приостановить. Отошел в сторонку, осмотрел полученный результат. Выглядела ты ужасно и в то же время восхитительно. Обессиленная и уничтоженная. Личико запачкано подтеками слюны, самопроизвольных слез, и потекшего макияжа. Раскинутые в стороны руки, часто вздымающаяся грудь, и жадное втягивание воздуха, все признаки рыбки, выброшенной на берег. Я сел на кресло пригубил шампанское. посмотрел на тебя. Ты смиренно лежала почти в том же положении, в котором я тебя оставил. Единственное изменение — голова теперь не свешена была, а на подушечку перемещена. Получилась шелковая девочка, переставшая «тянуть на себя одеяло». Однако, злобы, ненависти, или элементарного недовольства на твоем личике не просматривалось. Скорее наоборот, мою красавицу полностью устраивало текущее положение дел. Это читалось по выражению заплаканных глаз. Ты покорно ожидала своей участи, отлично понимая, что это еще не конец. Я уже знал, что именно буду делать. Но действовать не спешил. Деловито прихватил за бедра, и стащил нижнюю часть
