Глава седьмая.
БУДНИ ДОНОРА И ВОЗВРАЩЕНИЕ К ОБЫДЕННОЙ ЖИЗНИ.
Дни потянулись за днями! И вобщем мой молодой организм можно сказать безболезненно втянулся в ритм активной сексуальной жизни.
Через неделю регулярных извержений я уже просто не мог бы долго терпеть, если по каким-то причинам пришлось бы отложить известную процедуру! По рекомендации специалистов, я стал давать отдых своим яйцам от тесных плавок и старался предоставить им больше времени свободно болтаться на прохладе, способствуя тем самым повышению качества сперматогенеза.
Регулярные «отсосы» происходили каждый раз по новому, а приспособления для фиксации всегда отличались от примененных ранее! Как выяснилось со временем, в этом санатории, существовало три вида лабораторий:
Первая каб. № 3 — для электростимуляции с «усиленным режимом» фиксации и контроля
Вторая, каб. № 4 — так сказать для «анально-простатических» экспериментов,
Третья лаборатория, каб. № 5 — для испытаний на операционном столе лежа, или с полузадранными ногами, помещаемых в подколенники — типа как в гинекологическом кресле... Подопытные, с определенной периодичностью, направлялись в каждую из них...
Цель же всегда была одна — предотвратить вмешательство донора в моменты достижения оргазмов для получения максимального количества спермы... «Выдаивали» все — без остатка!
Одно было очевидным — подробности методики экспериментов и применяемых приспособлений оставались строжайшей тайной для пациентов!
Только первое мое испытание утром было возможно специально «рассекречено» в виде скупых данных в Карте Донора — с психологической целью продемонстрировать новобранцу неотвратимость принятых обязательств и необходимость соблюдать дисциплину и порядок.
Я мог бы описать некоторые детали проведения такого рода испытаний на живом мужском организме, и мои ощущения при этом, но пожалуй, — это сюжет для другого моего рассказа...
— — ---------------------------
Как и было обещано Ленкой, спустя неделю активного забора эякулята, нам была устроена медицинская комиссия наподобие военкоматской, с освидетельствованием и прохождением массы специалистов, с заполнением огромного количества данных, включая антропометрию.
Вот во время этой медкомиссии мне наконец измерили член в соответствии с общепринятой методикой без учета подкожного лобкового жирка:
— я теперь точно знал его длину от самого корня — 22, 5 сантиметра
и толщину головки по ее короне — 54 мм.
Еще, чем отличалась эта медкомиссия — так это строгим расписанием прохождения каждого специалиста, и дефилируя в халатике по коридорам и в кабинетах, с болтающимися гениталиями, я не встречал ни посторонних, ни даже знакомых парней, тоже подписавших Контракт.
Интересно, что у некоторых врачей ассистировали молоденькие сестрички, возможно практикантки, устремляющие недвусмысленные взгляды в область пониже моего живота, и краснея от собственного любопытства...
Среди ассистенток в одном из кабинетов, я встретил и свою Наташу, помогавшую в заполнении медкарты невропатологу.
Но у меня, после нашей близости, не возникало ни малейшего чувства неловкости от присутствия хорошо знакомой девушки при осмотре и ощупывании моих достоинств... Надо сказать, многие девчата из нанятого персонала лаборатории, впервые на этом медосмотре, дождались и получили возможность посмотреть на лица «пронумерованных»...
В заключение каждого донора сфотографировали в нескольких ракурсах:
стоя — в плавках, стоя — нагишом, лежа — на спине... Скорее всего — для опубликования в известном каталоге Центра Репродукции.
И теперь, для «сексуально любопытных девах» стало ненужным — просить банщицу... Слух о неординарной стойкости моего «друга», каким-то образом распространился среди женской части
